Телефон 292-66-06.
– Вы что-то путаете, товарищ подполковник. Соколовский у нас не работает. И телефона такого в министерстве нет. Это вообще не наш коммутатор.
– Спасибо... – растерянно сказал Витошин и положил трубку.
– Что там такое? – спросил Пилютенко.
– Нет у них Соколовского. И телефона такого нет, – подполковник был явно растерян.
– Знаете что, Леонид Никитич, давайте я сейчас повторю запрос...
Быстро переглянувшись, одолеваемые одними и теми же мыслями, офицеры вернулись к компьютеру.
Теперь минуты ожидания тянулись еще медленнее. Подполковник и майор застыли у монитора, охваченные одинаковым предчувствием. Предчувствие было слишком невероятным, такие развязки встречаются лишь в круто закрученных западных боевиках, нашпигованных секретами, тайнами, конкуренцией специальных служб и неожиданными смертями."
"Наконец изображение на мониторе сменилось, пришел ответ, и это был совсем не тот ответ, что сорок минут назад.
«По запросам N 1, N 2 и N 3 информационный центр МВД РФ никакими материалами не располагает».
– А тот телефон? – выдохнул Пилютенко. Витошин кивнул. Семизначный номер был единственным подтверждением всего ранее происшедшего. Теперь по нему ответил молодой женский голос.
– Я слушаю вас, – тот же обезличенно служебный оборот, та же энергичная упругость речи.
– Мне капитана Соколовского, – попросил Витошин, чувствуя, как гулко колотится сердце.
– Вы ошиблись, здесь такого нет.
– А чей это номер?!
– Номер служебный. Раз вы не знаете, кому он принадлежит, я ничем не могу вам помочь.
Раздались короткие гудки. Начальник ЭКУ вытер пот со лба. Могло быть и по-другому. Тот же мужской голос, не знающий капитана Соколовского.
Или принадлежащий капитану Соколовскому, но не помнящему о состоявшемся разговоре.
Витошина охватил страх.