– Отец Дианы, мой дядя, отдал её замуж совсем девчонкой. У них дела пошли на спад. Дядька гордый был, к моему отцу не пошел. Поругались они знатно в своё время. Решил подправить положение дел удачным браком. Насколько я знаю, договоренность у дяди Тимура была с другой семьей, в последний момент всё переиграли. Отдали Ди почти за старика. Ей едва восемнадцать исполнилось. Эльдару – пятьдесят пять на тот момент было, если мне память не изменяет.
В чем Игнат не сомневался, так это в памяти Валгарова. И в том, что он никогда никому ничего лишнего не говорит.
Сам Игнат старался сохранить безучастность. Мало ли где и при каких обстоятельствах он познакомился с Принцессой. Его личная жизнь никого не колышет. С недавних пор так точно.
Неравные браки ни для кого не редкость. Игнату всегда было параллельно, кто на ком женится. Не его дело. Он ни к кому не лез, и к нему не лезли."
"Тогда почему в голове ярким пламенем вспыхнула картина: обнаженная молоденькая Диана с широко распахнутыми глазами, на дне которых клубится испуг, растерянность, и взрослый мужик с седыми яйцами стоит рядом с кроватью и теребит наполовину вставший член?
– Договорный брак не спас положение твоего дяди?
– Нет.
Значит, Диана сирота. И Булат – ближайший родственник по мужской линии.
Все замечания Игнат делал мысленно, как бы между делом. Сам же четко формировал полученную информацию.
– Эльдар знал, что на имя Дианы открыт фонд с довольно внушительной суммой.
– Налью? – Игнат приподнял, показывая свой пустой бокал.
– Решил сменить меня на раздаче?
Игнат поднялся и прошел к бару. На самом деле ему не сиделось на месте. Останется на диване – будет пялиться на Принцессу, чей силуэт по-прежнему манил.
Он взял сразу бутылку. Чего уж размениваться.
– Диана не простила загул?
– С десятилетним мальчишкой? – оскалился Валгаров. – Я не простил.
Сука…
Отчасти становилась понятна причина некой неуверенности Дианы.
Прожить шесть лет с извращенцем, которых кастрировать надо от рождения, – та ещё перспективка.
Игнат вернулся к дивану и сел напротив Булата, поставив бутылку на стол. Вышло громче, чем полагалось, донышко стукнулось по деревянной поверхности стола.