Вверх на деление колесико передвинь… Давай, – салютую ему рукой.
Отделался легким испугом, считай. Заряд был крошечный, разнесло только комнату и женщину."
"Выхожу из палаты, бросаю взгляд на девушку. Взгляд, не подчиняясь, залипает. Очень эффектная… Темноволосая, яркая, статная, лицом навевает что-то восточное. Только глаза серые, а не карие, как у восточных женщин, да и взгляд дерзкий. Помню я это лицо. По фотографии. Лежит у меня на столе ее личное дело…
Через плечо коса, заплетенная высоко на затылке, как некоторые стриптизерши делают хвосты.
Встряхиваюсь и, не останавливаясь, ускоряю шаг. Некогда мне пока состав собеседовать.
– Товарищ полковник… – догоняет она меня.
– Вы кто?
– Я по поводу вакансий в Ваш отдел. Документы две недели назад подавала. Предварительное собеседование прошла.
– Вы кто? – повторяю я еще раз раздраженно, не глядя на нее.
– Лейтенант…
Резко останавливаясь, разворачиваюсь к ней лицом. Вот бесит она меня чем-то. А чем, понять не могу.
– Как зовут тебя?
– Диляра.
– Кандидатуру твою я не одобрю, Диляра. Не выношу восточных женщин. Профессиональная деформация.
– Сербка я по происхождению! – закатывает она глаза.
– Час от часу не легче!
– И гражданка России! Практически с рождения здесь. После конфликта меня годовалую вывезли из Сербии. В Россию, детский дом. Удочерена была узбекской семьей, москвичами. Родители у меня – научные сотрудники. Почитайте личное дело.
– Да?… – подозрительно разглядываю ее. – Тогда подумаю. Почитаю. Фамилия, лейтенант?
– Владо.
– Родную, что ли, оставили?
– Сама сменила потом, когда паспорт получала.
– Зачем?
– Не знаю… Это важно?
– Да нет. А имя чего не сменила?
– А имени не было. Без документов нас тогда привезли. На одежде была вышивка с фамилией. Имя уже приемные родители дали.
– Не любят у нас таких мутных историй, Диляра. А по специализации ты кто?
– Два образования у меня, первое – Школа полиции, «Следственное дело».
– Рекомендации?
– Да полно! Посмотрите мое дело.
– Посмотрю… А на какую вакансию претендуешь?
– В отдел по защите свидетелей…
Опять залипаю на ее безупречно красивом лице. Белые зубы нервно прикусывают пухлую, темную, без грамма макияжа губу. Ее бы в оперативку. Подставным агентом. Вот где был бы эффект от ее красоты. Только жалко такую под маньяков этих религиозных подкладывать.