Книги были изданы в основном в последние лет десять и, кажется, соответствовали не какому-то определенному направлению мысли, а разномоментно вспыхивающим интересам их владельца. Было немало книг из тех, которые называют серьезными, притом не по расхожей эзотерике. Правда, эти томики стояли вперемежку с детективами, да еще самыми непритязательными, в мягких обложках с орнаментами из пистолетов и кинжалов. Это могло свидетельствовать о незамысловатости интересов, но могло и о привычке к чтению, которая требует постоянной подпитки и поэтому время от времени обращается просто к тому, что под руку попадется.
«Что это я сама как детектив рассуждаю? – подумала Ольга. – Какое мне дело, что он читает и почему?»
– Вы чай будете или кофе? – услышала она.
Ольга обернулась. Хозяин стоял в дверном проеме. В кухне шумел, закипая, электрический чайник.
– Спасибо, – сказала она. – Не беспокойтесь.
– Какое же беспокойство? – Он пожал плечами. – Чай в пакетиках, кофе растворимый. Сахара, к сожалению, нет.
– Тогда чай.
«Не очень-то он озабочен хозяйством!» – подумала Ольга.
– Как здоровье Татьяны Дмитриевны? – спросил он, возвращаясь в комнату с чайником и с металлическим подносом, на котором стояли две чашки и коробка с чайными пакетиками. – Вы ведь ее дочь?
– А как вы догадались? – удивилась Ольга.
– По кошке.
– Ну конечно! – наконец сообразила она. – Мама же к вам Агнессу привозила с хламидиозом. Теперь вот роды какие-то болезненные. В самом деле, не кошка, а мимоза какая-то!
– Мимозы не рожают.
– Меня Ольгой зовут, – сказала она.
– Герман.
– Я думала, вы местный ветеринар, – сказала Ольга.
– А оказалось, кто я?
– Во всяком случае, на деревенского ветеринара вы не похожи.
– И на кого же я похож?
В его голосе послышалось что-то вроде интереса, впрочем, не чрезмерного.
– Честно говоря, ни на кого. Я подумала было, что у вас здесь дача. Но тоже не похоже.
– Вы прямо детектив.
– Извините, – смутилась Ольга. – Я, собственно, не слишком-то об этом думала… Извините.
– За что же – извините?
– За праздное любопытство. Я сама его не люблю. То есть не люблю, когда оно на меня направлено.
– Странно любить или не любить чужое любопытство. – Он снова коротко усмехнулся. – По-моему, просто не стоит обращать внимания на отношение посторонних людей, вот и все. Неважно, что они к вам испытывают, любопытство или равнодушие.
– Вы, наверное, животных больше любите, чем людей, – догадалась Ольга.
– Почему вы так решили? – удивился он.