Прижимает к своей груди, гладит по спине и шепчет, уткнувшись лицом в мою макушку:
- Я ж не думал, что ты такая…
- Какая? - осторожно интересуюсь я, стараясь не шевелиться.
- Мелкая, тощая, бледная, - бормочет Кэйран, - а всё туда же. Огрызалась, зная, что я могу пришибить тебя, как букашку. Не сложила ручки, покорившись судьбе, боролась до последнего. Со мной боролась, глупышка, с боевым драконом, прошедшим войну. А я и сейчас боюсь за тебя. Вдруг я тебе наврежу?
- Единственный, кому ты сейчас навредишь, это себе, - кладу ладони ему на грудь и надавливаю, чтобы отстраниться.
Кэйран делает шаг назад и послушно садится в кресло, но не отводит взгляд. В нём я без труда различаю беспокойство, скрытую надежду и страх… За меня?
Или лорд Шерр чего-то боится?
- Кэйран, скоро к папе приедет лекарь. Позволь ему осмотреть себя, эти приступы меня пугают. Я не хочу, чтобы наша помолвка сорвалась. И лорд…
Говорить это тяжело, но я должна попытаться. В конце-концов я имею право на честность.
"- Я не смогу сейчас ответить на твой вопрос по поводу свадьбы. Я выйду за тебя замуж, я поделюсь своим даром. Но даж сейчас я чувствую себя пленницей в твоём замке. У меня нет свободы, Кэйран, нет выбора. Перед тем как меня отпустить, спроси меня ещё раз. Если ты действительно захочешь быть со мной до конца жизни, докажи искренность своих намерений.
Глава 52
Сборы на помолвку проходят в непривычном молчании. Обыкновенно шумная Кристина скользит призраком по спальне, помогая то с укладкой, то с макияжем, то перешивает платье в области груди.
Я всегда была хрупкого телосложения, поскольку на диете, которую предпочитают Дафна с Брианной - протёртые овощи с семенами и маслом, жирка не нагуляешь. А как только стала жить в замке дракона, мои формы приобрели соблазнительные округлости, сохранив тонкую талию.
Верчусь перед зеркалом в одной сорочке и не без удовольствия отмечаю, что нынешняя Клиона нравится мне куда больше, чем Клиона прошлая. Несмотря на то, что первый месяц жизни с Кэйраном выдался крайне тяжёлым, сейчас я ни о чём не жалею.
Я стала увереннее в себе, сильнее и готова вступить в открытое противостояние с мачехой.
- У тебя глаза сияют, - Кристи решается прервать молчание. При этом, на её мордашке застыло грустное выражение.