Пару минут Маша лежит недвижимо, словно прислушивается к своим ощущениям. Или сомневается во мне. Впрочем, я и сам себе не очень доверяю…
Привыкаем друг к другу, договариваемся без слов. Как только предпринимаю первые попытки намылить маленькое тельце, Машенька вдруг решает позабавиться. Секунда — и начинает хлюпать ножками и ручками по воде. Словно рыбка. Вредная такая, ехидно улыбающаяся рыбка.
В мгновение ока я весь оказываюсь в брызгах. Рубашка и брюки мокрые, будто это я купался, а не милая безобидная малышка.
Кое-как завершаем водные процедуры, и я укутываю Машеньку в полотенце.
Вернувшись в комнату, укладываю в центр кровати, чтобы не успела уползти далеко. А сам тянусь за детской одеждой.
Отвлекаюсь буквально на один миг. Когда поворачиваюсь, меня ожидает та самая пресловутая «детская неожиданность»…
Да когда малышка успела? Раньше не могла дела свои сделать? Еще и попачкала все вокруг: на месте же не лежится!
— Мария! Вы же леди! — обреченно вздыхаю я и хмурюсь.
Только покупались! Начинай сначала!
Машенька некоторое время изучает мою мрачную физиономию, а потом вдруг… начинает хихикать! Заливисто так, звонко. Маленькая вредина!
Сажусь рядом и смеюсь вместе с ней. Нервы и усталость сводят меня с ума.
— Кажется, я не выживу, — сквозь свой невменяемый хохот выдаю я.
Призываю жалкие остатки сил — и приступаю к прохождению старого нового квеста.
На этот раз мы с Машей справляемся быстрее.
Приходится нам отправиться на кухню за смесью. На удивление Маша кушает довольно охотно. Фрекенбок ее не кормила даже? Или малышка из принципа не ела? Не доверилась чужому человеку? Что ж, я ее понимаю…
Насытившись, ребенок зевает. Понимаю, что действовать нужно осторожно.
Однако стоит мне отнести Машеньку в детскую кроватку, как она тут же пускается в плач. Аккуратно стаскиваю с постели испачканное покрывало, сворачиваю его и отношу в ванную, бросая прямо на пол. Завтра разберусь.
Перекладываю ребенка на середину своей кровати, и девочка мгновенно умолкает. Слова няни о манипуляциях больше не кажутся мне глупостью. Однако отказать Маше не смею.