Родион Макарович!
Александр отпустил меня, глядя на купца полным ненависти взглядом.
- А вы бы не лезли не в свое дело, - процедил он. – Идите, куда шли, Родион Макарович.
- Послушай меня, щенок, я ведь размажу тебя так, что и пятна не останется, - насмешливо произнес Пименов, оттесняя от меня Александра. – Не люблю я, когда всякая вша мне угрожает. Или ты думаешь, что у матушки твоей руки длинные? Только запомни, не чета вы мне.
- Что такое? Елизавета, ты в порядке? – из толпы появилась взволнованная Таня, а за ней Андрей с Головиным.
- Все хорошо, не волнуйся, - я вцепилась в мужа, чувствуя, как он напряжен.
- Передавайте матушке мои наилучшие пожелания, - купец грозно посмотрел на Александра, и тот, сжав кулаки, пошел прочь.
- Чего он хотел? – Павел заглянул мне в глаза. – Не обидел тебя этот хлыщ?
- Не успел, - я погладила его по руке, успокаивая. – Родион Макарович вовремя подоспел.
- Благодарю вас, что не дали Лизоньку в обиду, - сказал муж, обращаясь к купцу. – Может, к нам на праздничный обед?
- Никогда не нравилась мне эта семейка. Скользкие да скрытные, – Пименов скривился, будто лимон съел. – А приглашение приму! Люблю у вас бывать, Павел Михайлович! В вашем доме и естся и пьется хорошо!
От встречи с Потоцким на душе остался неприятный осадок, но по большому счету, ничего страшного не произошло. Он был слишком трусливым, чтобы ответить более сильному.
- А где Петр? – я только сейчас заметила отсутствие молодого человека.
- Он остался поговорить с отцом Никифором по поводу Натальи, - ответил Павел. – Подождем его у коляски.
Петр вышел из церкви, когда народ уже разошелся. Он подошел к нам с довольной улыбкой на лице и подмигнул мне.
- Даст Бог, все скоро закончится, Елизавета Алексеевна. Батюшка сегодня же пошлет человека с письмом в церковь, где венчались Потоцкий и Наталья.
Что ж, пришло время этой истории подойти к своему логическому завершению. Слишком долго сеяли зло Дарья Николаевна со своим сыном. Пора и честь знать.
Чистый четверг начался с того, что Аглая Игнатьевна разбудила всех еще до восхода солнца. Павел посмеивался над нами, а мы с Таней не могли удержаться от долгих зевков.
- Ничего, ничего… ежели положено так, надобно выполнять, - нравоучительно приговаривала нянюшка.