Катя на заднем сиденье не могла отделаться от ощущения, что все вокруг нереально, как будто это происходит не с ней — звонок от юриста, предложение Аверина, то, что она станет женой Клима. Но они чуть не опоздали на оперативку к Чистякову, так что все лишнее быстро улетучилось, затягивая в привычный круговорот. И увидев на экране телефона незнакомый номер, она ответила без задней мысли.
— Здравствуйте, Екатерина Дмитриевна, — послышался приятный мужской голос, — меня зовут Павел Шелест, юридическая компания «Прецедент».
— По какому вопросу? — уточнила Катя, усиленно роясь в памяти, по какому такому вопросу она могла понадобиться «Прецеденту», одной из лучших юридических контор страны.
— Мой клиент является биологическим отцом детей, находящихся под вашей опекой, он хотел бы обсудить с вами возможность материальной поддержки и…
— Передайте ему, чтобы он отправлялся туда, откуда пришел и не смел даже на километр приближаться к моим детям, — прошипела Катя и отбила вызов.
Но тут экран засветился снова, пришло сообщение из банка: «По вашему договору получены средства, достаточные для погашения ежемесячного платежа». Она беспомощно вглядывалась в текст, цифры прыгали перед глазами и не хотели выстраиваться в ряд, а ей очень важно было рассмотреть их, чтобы понять, откуда там взялась сумма, полностью покрывавшая остаток ипотеки.
Катя уговаривала себя, что все будет хорошо, но периодами ее охватывало чувство безотчетной тревоги, и тогда скользкий, липкий страх наползал, обволакивая, как кокон.
"Клим был с ней очень ласков и внимателен, вот только он тоже все время был в напряжении. Стоило ей отвернуться, его взгляд менялся, Кате иногда удавалось его поймать, и тогда становилось совсем неуютно.
У них даже секс изменился. Стал жестче, яростней и все больше напоминал поединок, вот только победителей не было, все оказывались побежденными. Катя во сне тесно прижималась к Климу, он сцеплял руки в замок, и лишь так она могла уснуть, чувствуя себя в безопасности. И за безопасностью их секса Аверин стал следить с утроенным вниманием, он и раньше ни на миг не выпускал этот пункт из виду, как бы его не накрывало, а теперь и вовсе помешался.