Катя сжалилась над парнем и повернула к дому. В самом деле пора возвращаться, как бы прекрасно не пахли после дождя сосны, от влажной земли тянуло прохладой, она уже продрогла, хоть и куталась в кофту. Женя дошел за ней до самой комнаты, точнее, полноценной трехкомнатной квартиры внутри огромного дома, где вот уже вторую неделю Катя жила с детьми.
Малыши все так же крепко спали, она и вышла прогуляться только после того, как их уложила. Поправила Матвею подушку, подоткнула одеяло Ване и ушла в душ. Включив гидромассаж, подставлялась под бьющие струи, втайне надеясь выбить Аверина не только из головы, но и из тела.
После подписания брачного договора Павел отвез Катю домой и попросил собрать вещи, а уже вечером явился Алексей с несколькими крепкими парнями и, погрузив Катю с детьми в микроавтобус, привез их сюда, в лес. Микроавтобус, судя по толщине стен, был бронированным, впрочем, утверждать она бы не стала.
— У вашего мужа сейчас сложный период в бизнесе, он опасается за вашу безопасность, поэтому распорядился, чтобы его семья побыла здесь пока не будут готовы документы, — объяснил Павел. — Это недолго, потерпите, Катя, очень скоро вы улетите в Испанию.
— Павел, скажите, мой муж бандит? — остановила она его словесные извержения.
— С чего вы взяли? — изумление Павла было неподдельным.
— Потому что это не просто дом в сосновом лесу, я же не слепая, это строение вполне способно выдержать небольшую войну. Так кто же мой муж?
— Александр Арсентьевич бизнесмен, это его загородный дом, — с достоинством ответил Павел, изо всех сил стараясь сохранить лицо, и Катя милосердно умолкла.
Что ж, пусть думают, что им удалось ввести ее в заблуждение. Дом походил на загородный примерно как сам Павел на президента Соединеных Штатов, что уж говорить о его обитателях! Каждый раз, глядя на проходящую мимо гору мышц, в голове начинала крутиться знакомая строчка: «Все равны как на подбор…», роль дядьки Черномора отводилась ее старому знакомому Алексею.
Она бы голову дала на отсечение, что это тренировочная база, укрытая подальше от любопытных глаз и надежно охраняемая. Здесь из женщин она была единственная, даже поваром был мужик, как в армии.