Ну конечно Чистяков знал об их романе, да весь офис знал, а теперь она замужем за Добби… фу ты, Александром Арсентьевичем — это же какой-то дурдом! Это не может быть правдой!
— У него проблемы. У мужа, то есть, — зачем-то сказала Катя. Чтобы оправдаться? — Я правда не в курсе, какие, он старается меня не посвящать.
— Проблемы! — фыркнул Чистяков. — Разве это проблемы? Когда весь офис под маски-шоу мордой в пол лежит, это как по твоему называется? И когда налоговая дрючит встречными проверками? Молчишь? И правильно, мала еще материться.
— Это когда было, Юрий Константинович?
— Да вот недавно совсем, недели две назад перед тем, как Асмоловского посадили.
— Посадили? Куда?
— В тюрьму, Катя! Знаешь что, — его голос вдруг сделался озабоченным, — тебе и в самом деле рано возвращаться. Ты отдыхай, Катюш, сколько нужно, если мне надо будет, я тебя по скайпу достану.
«Кто бы сомневался».
Чистяков тем временем торопливо попрощался и отключился, а Катя уставилась в стену. Сердце так ныло, что она даже отстраненно удивилась.
Аверин не подсиживал ее, ему не нужна была ни ее должность, ни ее проект. Александр намеренно прислал его в отдел к Кате, чтобы та влюбилась, как последняя дура, и она влюбилась. Ее муж знал о детях, а еще он знал о том, как относится к нему несостоявшаяся родственница, тогда и возник этот изощренный план — загнать ее в угол, вынудить на брак, в котором она очень удобна Александру в качестве матери его детей.
Тепер она очень жалела, что не стала разговаривать с их юристом, с другой стороны Подкользины могли быть настоящими, о них предупредила Ирина, хотя… Аверин как раз специализируется на создании проблем, что стоило ему привлечь на свою сторону рядового сотрудника исполкома? Ничего. Ровным счетом.
Схватила телефон и дрожащими пальцами настучала на экране: «Вся эта эпопея с Авериным была спланирована, чтобы вы смогли усыновить детей и заставить меня согласиться на брак?» Отправила абоненту «Не муж».
«Да»… Лучше бы выбросила… Через секунду в поле мессенджера появилось: «Катя, мы поговорим.