Девушка, которая считала себя самой счастливой, а оказалась всего-навсего скучной, никакой, ненужной.
Господи, о чем я думала, когда связывалась с ним? Почему поверила в то, что сказка может стать реальностью, что принц может увлечься убогой золушкой? Дурочка.
Вернувшись домой, пошла в ванную мыть руки. Мылила их, ревела, снова захлебываясь слезами, а из зеркала на меня смотрело несчастное создание. С красным носом, глазами, щеками и такой мукой в глазах, что снова захотелось умереть.
— За что он со мной так? — в очередной раз задаю Вселенной бессмысленный вопрос, — за что?
Наверное, за то, что была слишком наивна и позволила себе сунуться в тот мир, где для меня места нет.
Когда врач приходит — только качает головой. Я выгляжу ужасно, температура упрямо ползет наверх, а кашель такой, что сгибает пополам, когда начинаются болезненные спазмы. За грудиной ломит и я не знаю от чего именно: то ли от того, что сердце ели бьется, то ли от того, что серьезно заболела.
Усатый, пожилой медик посмотрел горло, послушал, еще раз измерил температуру.
А я снова осталась одна, со стопкой бумажек, зажатых в руке.
Сил нет, самочувствие ужасное, а надо идти в аптеку, потому что позаботится обо мне не кому. Да, вот так живешь для другого человека, делаешь для него все, а потом оказываешь у разбитого корыта и даже лекарства принести некому.
Кое-как одеваюсь и бреду в соседнюю аптеку, хорошо, что она в соседнем доме, на больший марш-бросок меня бы не хватило.
Болезнь растянулась почти на две недели. Ослабленный организм, после стресса не хотел исцеляться, а ежедневные истерики и депрессия так же не способствовали выздоровлению.
За это время похудела вдвое, осунулась, даже постарела. Мне кажется, если бы Неманов сейчас пришел и увидел меня, он был бы в тихом ужасе оттого, что вообще когда-то имел со мной дело. Но он не приходил. Не звонил.
Просто исчез из моей жизни, так словно и не было никогда.
Пока не выходило. Пока что я умирала, день за днем. Изводила себя мыслями, переживаниями. По ночам не спала, потому что стоило только прикрыть глаза и мне являлся Неманов, то говорящий мне, что я полной ничтожество, то увлеченно имевший Ирину, при этом глядя мне в глаза и смеясь.