– А так бывает? – поинтересовалась Тайка и тут же потребовала: – Папка, расскажи.
Его дочь обладала пытливым умом и была жадна до всего нового. Ее действительно заинтересовало ружье.
– Пойдем ко мне в комнату, спрячем куда-нибудь эту бесценную вещь, а я заодно переоденусь, потому что ужасно хочу есть. Тем более что пахнет умопомрачительно.
– У Клавдии потрясающие сырники, я съела четыре штуки. Может, расскажешь за завтраком?
– В мокрых плавках я на завтрак не пойду. Твой отец – приличный человек, – сообщил Глеб.
Вместе с Тайкой они поднялись на второй этаж, Глеб ушел в ванную комнату принимать душ и переодеваться и рассказывал оттуда, зная, что Тайка внимательно его слушает.
Петеру Хоферу сейчас было шестьдесят шесть лет. В молодости он обучался профессии оружейника, проехав более десяти стран мира, после чего открыл свою мастерскую.
"Мастера, помогающие в ее нанесении, работают под сорокакратным стереомикроскопом, потому что гравировки содержат более восьми тысяч штрихов на один квадратный миллиметр, и это достижение даже занесено в Книгу рекордов Гиннесса.
Сюжеты для рисунков тоже уникальны, хотя всегда содержат сцены охоты. Некоторые заказчики предоставляют мастеру свои фотографии, чтобы запечатлеть на прикладе ружья память о выездах на диких животных или дичь, а также участие в дорогостоящих сафари. На других же образцах оружия изображены сцены доисторических, древнеегипетских или древнегреческих времен.
– Ружья Хофера могут позволить себе по-настоящему состоятельные люди, – рассказывал Глеб, выйдя из ванной комнаты уже полностью одетым и готовым к завтраку. – Их дарят президентам, членам королевских семей или очень богатым бизнесменам. Признаться, я даже думать не мог, что Алексей Тобольцев был настолько богат, что мог позволить себе заказать у Хофера ружье стоимостью в миллион долларов.
– Ты и сейчас не все про него знаешь, – сообщила в ответ Тайка.