Марика всегда была горячей штучкой, отзывчивой и открытой для ласки, а беременность усилила в ней природную женственность и придала остроту всем реакциям.
Пока жена, стоя на коленях, усердно вбирает мой член в рот, как послушная студентка, готов спорить, ей хочется унять возбуждение.
Еще как хочется.
Но с этим торопиться не будем!"
"Я хочу, чтобы эта ночь запомнилась нам двоим навсегда и стала особенной.
Марика выполняет мои инструкции, я поправляю ее в моменты, когда она еще не уверена в своих действиях, но уже через несколько минут стараний она делает потрясающие успехи.
Я готов находиться в горячем раю ее ротика целую вечность…
— Теперь расслабься. Максимально. Я буду двигаться сам!
Марика бросает на меня вопросительный взгляд из-под густых ресниц.
— Стой так, я буду сам трахать твой ротик.
Крепче обхватив ее голову руками, начинаю двигаться бедрами резко и часто.
Нет сил терпеть, ее ласковые прикосновения языком к напряженной плоти еще сильнее подстегивают, возбуждают. Лишившись дара речи, могу лишь утробно стонать, всаживая на всю длину.
Из уголков глаз Марики стекают крошечные слезинки, сияющие, как жемчужинки. От вида ее губок, предельно сильно натянутых вокруг члена, давление становится невыносимым и острая судорога заставляет меня испытать оргазм. Катастрофической силы экстаз плавит мысли, как горячая лава. Мгновения кайфа растягиваются в потрясающую бесконечность.
— Умница, — хвалю хрипло.
Хочется поднять Марику с колен и целовать-целовать, пока она не кончит только от одних поцелуев, а потом нежно и долго, горячо любить в постели.
Но еще слишком рано выходить из образа плохого парня, поэтому я глажу красавицу по щеке.
— Ты хорошо постаралась… Приведи мою одежду в порядок и встань.
Подаю ей ладонь, чтобы помочь, удерживаю жену.
— Ты еще не сменила туфли?
— Не успела. Стоит сменить, господин Савицкий? — добавляет в свой голос ноток непокорности.
Мне так нравятся наши острые пикировки, они не дают заскучать и всегда добавляют перчинки в наш быт.
— Стоит, — киваю.
Помню о ее комфорте, но преподношу это как нечто иное.
— Ты слишком высокая на этих каблуках.
— Нравится, когда я пониже тебя?
— Очень. Вот здесь, — показываю на уровень ширинки. — Было вообще идеально.
— Ах так!
Ее красивые глаза загораются огоньками.
— Да. Знай свое место, жена! — пока она не сказала еще что-то, сверяюсь с часами.