— И что это значит?
— Ты не воспринимаешь это тело как свое, вот прошлое и недоступно. Успокойся, отдохни, смирись с происходящим — и память сразу же вернется.
«Легко ей говорить — смирись и успокойся! А у меня стресс!»
— Мне уже давно пора. И так с тобой заболталась. Не скучай, Агнелика!
Фея послала мне воздушный поцелуй и растворилась в воздухе, оставив после себя лишь блестки, которые, кружась, медленно опустились на землю.
М-да, это точно не спецэффекты!
— Что ж, Агния, ты действительно попала!
Я села в постели, схватившись за голову.
— Думай, Агния, думай!
Может, всё не так плохо. В конце концов, эта чокнутая фея дала шанс на возвращение домой. И попросила не так много — поцелуй оборотня в полночь.
Осталось только до этой самой полночи дожить.
Еще память эта проклятущая! А если Агнелика знала своего убийцу? Или подозревала кого-то? Ведь так могло быть. Осталось только выудить информацию из головы.
Итак, что я помню.
Я передвинулась на угол кровати, свесила ноги и вцепилась в край матраца руками, изучая узор на полу.
Итак.
Я — Агнелика. Княжна Северных земель. И не просто княжна. Мой отец бьерн!
Кларс Райден.
Я зажмурилась, пытаясь поймать ускользающие воспоминания. Пусть они когда-то были чужими, но сейчас они мои! И они могли помочь мне выжить эти десять дней в чужом мире."
"«Бьёр, бьёрн, бьёрн, — упрямо повторяла я, жмурясь всё сильнее. — Ну же… вспоминай!»
— А где моя маленькая княжна?!
Голос отца очень громкий, рокочущий.
Девочка с громким визгом пронеслась прочь, пытаясь затеряться среди путаных дорожек и колючих кустов с розанами — любимыми цветами матери.
— У-и-и-и!
— Вот я тебя сейчас поймаю! — раздаётся следом грозный окрик отца.
Агнелика уже не в силах сдержать смех.
— Кларс, осторожнее!
Это мама. Она всегда волнуется, всегда переживает.
— Ух, я тебя! — продолжал кричать бьёрн, и его шаги всё ближе.
Не успеть!
— Попалась!
Кларс Райден подхватил дочь и подбросил высоко-высоко к облакам. Агнелика весело захохотала, расправляя руки, словно крылья, будто желая улететь.
— Еще-еще, папа!
Оказывается, это больно. Смотреть на чужую семью и чужое счастье. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что бьёрн сильно любил дочь. И, судя по всему, не только он. Агнелику все любили.