Право первой ночи. Жар трёх сердец

 — А так?

Он опускается по животу и, вырисовывая на моей коже замысловатые узоры, мучительно медленно приближается к месту, одно касание к которому воспламенило меня. Я сдерживаюсь, не позволяя связывающей нас магии стянуть ещё сильнее тела и души, но Эдхар дотрагивается до средоточия женственности, и мир будто взрывается.

Глава 12

Поверхность воды покрывается тонкой корочкой льда, и по нему расползаются серебристые молнии. Они колют кожу моих плеч, усиливая ощущения до предела. Ваннор умело ласкает меня между ног, и от каждого движения я пламенею всё сильнее, теряю контроль и над собой, и над даром.

Вода нагревается, плавя лёд силы Эдхара, и вокруг нас появляются пузырьки.

— Какая горячая, — рычит мне на ухо мужчина.

Я запрокидываю руки и, обняв его за шею, извиваюсь всем телом. Я будто превращаюсь в беснующуюся стихию и растворяюсь в умопомрачительном наслаждении. Меня нет, осталось только пламя, которое, вопреки всем законам, становится всё горячее…

И достигает апогея.

Вспышка!

Когда я обретаю способность видеть, понимаю, что воды в ванне нет ни капли, а умывальню заполоняет густой туман.

Я, как эта завеса, растекаюсь без сил в объятиях ваннора. То, что мне довелось только что пережить, повергает меня в шок. Я и представить не могла, что может быть так хорошо.

— Будет ещё лучше, — тихо обещает Эдхар.

Я вздрагиваю и, обернувшись, смотрю на мужчину с подозрением. Я точно не говорила вслух. Затылок леденеет, отрезвляя меня.

Неужели магическая связь настолько упрочилась? Но наша магия совершенно разная!

Ваннор поднимает руку, и туман вокруг его пальцев начинает мерцать, сгущаясь до тех пор, пока не образуется небольшой кусочек льда.

Мужчина проводит им по моей пылающей коже, но холод этого прикосновения лишь усиливает жар. Капли воды катятся по плечу, пробегаются приятной щекоткой по груди.

Едва сдерживаю стон и облегчённо выдыхаю, когда лёд стремительно тает. Но Эдхар с короткой усмешкой формирует из пара ещё один… И ещё. Не выдерживаю.

— Сколько ты будешь меня мучить?

— Пока не попросишь, — отвечает он.

У меня дыхание замирает. Попросить? Он и так растоптал мою гордость, а теперь ещё предстоит худшее унижение.

— Зачем ты со мной так? — возмущаюсь.

— Ты обвинила меня в насилии, — подаётся он вперёд. Сузив глаза, дёргает уголком рта. — Смотришь с ненавистью, вздрагиваешь от каждого прикосновения и мечтаешь сбежать к мужу. Но всё это ложь! Ты меня хочешь, признай это. Скажи правду.

— Этого хочет магия, — отворачиваюсь я.