Нет, в ней не было обиды и не было злости. Разве виноват был Амир в ее глупой слепой щенячьей какой-то любви? Разве он обещал ей хоть что-то, разве он хоть что-то скрывал? Глупо и нелепо обвинять мужчину в том, в чем сама виновата. Она и не обвиняла. Даже в глубине души она никогда его не обвиняла.
- Ну, какие дела?! – взорвался Каримов. – Тебе нужно было позвонить Глебу!
- Я звонила тебе… - грустно улыбнулась Соня, поднимая дрожащие ресницы. А он, наверное, впервые отвел взгляд."
"У Амира был один опробованный способ решить все проблемы с женщиной – затащить ту в постель.
- Не надо, - покачала девушка головой, отстраняя от себя любимые руки.
- Что такое? – нахмурился Амир.
- Я думаю, нам стоит прекратить это все. Мне стоит…
- Это что еще за фокусы? Ладно, я виноват, но какого черта?
- Это не фокусы, – покачала головой Соня. – Это конец.
Она встала с кресла и, не глядя больше на Амира, пошла в спальню. Секунду спустя оглушительно громко хлопнула входная дверь. Соня зажмурилась, закусила угол подушки… и тихо заплакала. Это был последний раз, когда она дала волю слезам.
Сразу после новогодних каникул Соня выставила на продажу свою квартиру в доме на набережной.
В один из таких дней она вошла в квартиру, склонилась, чтобы расстегнуть сапоги, а когда подняла взгляд, наткнулась на темный, не сулящий ничего хорошего взгляд Амира.
- Здравствуйте.
- Привет… Ну, и долго ты еще будешь прятаться?
Соня вздохнула. Впрочем, никто ведь и не думал, что будет легко. Таких мужчин, как Амир Каримов, не бросают. Тем более, такие женщины, как София Ковалевская.
- Я не прячусь. Просто… сейчас накопилось много работы. Меня пригласили в состав группы академика Кипермана и…
- Хватит! Хватит нести эту чушь! Ты заигралась, Соня. Да, обидел! Но ведь признаю.