— Давайте я сначала зайду один и представлю вас, Ирина Герасимовна, — говорю негромко, но твёрдо.
— Я тоже подожду, — соглашается Света, хмыкая.
Княжна молча кивает, но по её взгляду видно — ей тревожно. Делаю шаг вперёд, расправляю плечи и с ухмылкой вхожу в зал. Голоса мгновенно замолкают, все поворачиваются ко мне, как по команде.
Улыбаюсь и с лёгким поклоном произношу:
— Здравствуйте, господа и дамы!"
"В зале мгновенно воцаряется тишина. Ярослав, Лидия Николаевна, остальные кузены и кузины Буревестников — все смотрят на меня с изумлением.
— О, Данила Степанович, голубчик, вот и вы! — радостно восклицает генерал, в голосе чистое веселье. Точнее, его предвкушение.
А вот Ярослав… Лицо у него такое, будто он хряпнул палёной водки.
— А вы что здесь делаете⁈ — голос княжича звенит от напряжения.
Я спокойно отвечаю:
— Я здесь, чтобы сообщить, что ваша информация неверна, Ярослав Герасимович.
Делаю короткую паузу, наслаждаясь тем, как напряжение в зале растёт.
— Вы не являетесь единственным наследником.
Ярослав резко хмурится, губы сжимаются в тонкую линию.
— Не несите чушь!
Я неспешно делаю приглашающий жест к двери:
— И не собирался. Прошу встречайте — Её Сиятельство Ирину Герасимовну Буревестник.
Через распахнутые двери в зал входит Ирина — спокойная, уверенная, с высоко поднятой головой, больше без единого следа тревоги. За ней Светлана, легко шагая, с любопытством оглядывает собравшихся.
Я киваю с усмешкой:
— А также моя супруга, Светлана Дмитриевна.
Зал замирает. Напряжённое молчание. Ярослав резко бледнеет, взгляд мечется от меня к Ирине. Лидия Николаевна, напротив, светлеет лицом, медленно улыбается, в её глазах вспыхивает радость.
Кутузов широко усмехается, наблюдая за реакцией Ярослава, будто ему сейчас показывают особенно забавный спектакль.
Ирина делает шаг вперёд. Становится в центр зала, выпрямляет спину. Голос твёрдый, уверенный:
— Добрый вечер, родственники.
Она медленно обводит взглядом собравшихся, давая им возможность осознать её присутствие.
— Я действительно спасена благодаря стараниям и неравнодушию к моей судьбе Данилы Степановича. И надеюсь, что буду полезна Царю и оправдаю его надежды. Конечно, при условии, что он признает меня достойной этой возможности.
Тон её спокоен, но в глазах — решимость.
— Наш род виноват перед Царём, и я сделаю всё, чтобы заслужить прощение и исправить положение Буяна.