— А где ты всему этому научилась?
— Тебя на рифму послать или как?
— Не надо меня на рифму посылать. А всё-таки?"
"— Техникум я закончила и до войны работала в этом доме отдыха поваром.
— А теперь чего подавальщицей-посудомойкой?
— Старого начальника АХЧ посадили, а новому я не приглянулась, бо не дала, вот и сместили. Да и язык у меня длинный. Вот и сейчас… Всё, заболталась я тут с тобой. Иди отсюда, вода остывает. — Махнула она на меня рукой и принялась мыть тарелки.
— Ладно, я скоро. — Выхожу я из столовой, и заметив нескольких своих оглоедов в курилке неподалёку, взмахом руки зову к себе.
— Двое в мойку, двое в зал, двое на кухню. И чтобы всё блестело как трубы у духопёров. — Распределяю я обязанности добровольцев. — Фрося, скомандуй тут где что лежит, и дождись меня.
Сбегав в свою палату, я переоделся в военную форму, вернулся в столовую, взял Фросю за руку и оттащил к комиссару, который сидел и ломал голову над тем, где ему найти поваров а также продукты, чтобы прокормить такую ораву.
Комиссар пообещал также выделить нескольких санитаров для усиления патрулей, ну и для перенимания боевого опыта. А то до сих пор у них стоит только один пост на въезде. Днём два дневальных по КПП, а ночью усиление до четырёх, чтобы двое могли «давить на массу».