И тебе не придется делать это снова. В смысле, теперь я сам могу с ним справиться.
Джон посмотрел на своего одноклассника. «Не сомневаюсь», — написал он.
Где-то слева один из парней начал напевать музыкальную тему из «Звездного пути» — одному только Богу было известно почему. Остальные присоединились к нему. Кто-то встрял со словами Уильяма Шатнера: «Я не понимаю, почему… я должен… говорить так, Спок…».
Посреди разразившегося хаоса звук тяжелых ботинок, стучавших по полу коридора, ворвался в комнату. Боже, создавалось впечатление, что мимо проходит армия.
«Почему они такие мрачные?» — подумал Джон.
Блэйлок откашлялся.
— Ну, Джон, не хочешь потусить со мной и Куином сегодня вечером? Мы зависнем у меня дома. Глотнем немного пива. Ничего особенного.
Джон резко повернул голову, потом попытался скрыть свое удивление. Но… уау! В первый раз кто-то из них предложил ему встретиться вне уроков.
«Лады», — написал Джон, когда Зейдист наконец вошел в класс и закрыл за собой дверь.
В центре Колдвелла, в полицейском участке, Вэн Дин улыбнулся, посмотрев на жетон, показавшийся перед ним, удостоверившись, что на его лицо сохраняет выражение «в этом не вообще ничего особенного».
— Я старый друг Брайана О’Нила, вот кто я.
Детектив отдела по расследованию убийств Хосе де ла Круз смерил его умным взглядом карих глаз.
— Как ты сказал твое имя?
— Боб.
— С чего ты взял, что если появитесь лично, то получите другой ответ?
— Я надеялся, кто-то расскажет мне, что с ним случилось. Я звонил его родителям в Саути.
Де ла Круз сделал большой глоток из своей кружки с черным кофе.
— В июле О`Нилу был предоставлен внеочередной отпуск. Он так и не вернулся в правоохранительные.
— И это все?
— Почему бы тебе не дать мне номер? Если я припомню еще чего, я тебе позвоню.
— Без проблем.