Мои поздравления, да?
— Спасибо, что поддержал меня в этом… трэйнер. — Когда глаза Ви загорелись, Бутч сказал: — Да, я выяснил, что означает это слово. «Горячо любимый друг» подходит тебе идеально, насколько я могу судить.
Ви покраснел. Прочистил горло.
— Договорились, коп… Договорились.
Вишес отошел, Бутч облачился в накидку и посмотрела на свою грудь. Круглый шрам над левой частью груди был выжжен на его коже, вечное клеймо, как у каждого из Братьев. Символ той связи, что их объединяла.
Он провел кончиками пальцев по запечатанному шраму, частицы соли упали на блестящий пол.
«Теперь я действительно родился», — подумал он. Дестроер, потомок Рофа, сына Рофа.
Его зрение затуманилось, он быстро заморгал, но веки не успевали сдержать слезы. Они катились по его щекам, и он быстро смахнул их рукавом, и в этот момент почувствовал руки на своем плече. Братья — его братья окружили его, и он чувствовал их сейчас, он их… осязал.
Плоть от его плоти. А он был плоть от их плоти.
Роф прочистил горло, но все же голос короля был немного хриплым.
— Ты первый новобранец за последние семьдесят пять лет. И ты… ты достоин той крови, которую ты и я разделяем, Бутч из моего рода.
Бутч уронил голову, он открыто зарыдал… хоть и не от счастья, как они должно быть предполагали.
Он оплакивал ту пустоту, которую чувствовал сейчас.
Потому что, не смотря на то, что все замечательно сложилось, он чувствовал себя пустым.
Без своей половины, с которой он мог бы разделить свою жизнь, он был всего лишь решетом, сквозь которое проходили события и обстоятельства. Он был не просто пустым, он был сосудом, который не смог бы удержать в себе даже воздух.
Он жил, но по-настоящему живым не был.
Глава 49
На обратном пути к особняку все в Эскалейде были полны энергии и болтали без удержу: Рейдж как всегда отпускал свои шуточки, Роф смеялся над ними.
Бутч уселся на сидении поглубже, осознавая, что это возвращение домой, как и церемония, прошедшая заранее, были большой радостью для Братства. И даже если он не испытывал тоже самое, он был просто рад за них.
Они остановились у передней части дома, а когда Бутч вышел, огромная входная дверь широко распахнулась, и Братья встали кругом позади него.