План операции был составлен исходя из полученной от беспилотника информации. Из нее следовало, что хунхузы расположились по обе стороны от насыпи. По самым последним данным их было больше двух сотен, и только то, что они пришли сюда грабить, а не воевать, позволяло оборонявшимся в одном из домов казакам успешно от них отстреливаться. Судя по вспышкам выстрелов, от нападавших отбивалось не более трех-четырех бойцов, в то время как осаждавших их хунхузов было как минимум полсотни. Остальные, как пишут в книгах о войне, «предались грабежам и насилиям».
"Два наших маленьких отряда бронетехники обошли разъезд по широкой дуге и теперь брали банду в классические клещи. Вот уже поезд перевалил цепь холмов и стал виден со стороны разъезда. Стрельба как по мановению волшебной палочки стихла. Наверняка главари бандитов пытались заманить состав подальше, в глубь своих боевых порядков, а казаки, не видя поезда, перевязывали раны да набивали расстрелянные обоймы патронами из подсумков.
В приборе ночного видения местность, подсвеченная инфракрасными прожекторами, выглядела как зеленоватый кусок марсианской пустыни. На темном фоне яркими пятнами выделялись люди и кони…
Когда поезд подошел к входным стрелкам, я, как мы и условились с майором, отдал команду на открытие огня. Длинная очередь из башенного КПВТ играючи смахнула с лица земли большую группу хунхузов-коноводов, вместе с опекаемыми ими конями.
Часть задачи была выполнена: противник лишился мобильности и оказался частично деморализованным. Почти одновременно с нами огонь открыли и с поезда. В проемах дверей затрепетали, запорхали огненные бабочки, трассеры цветными гирляндами хлестнули по каким-то невидимым для нас целям.
Хунхузы не выдержали и минуты такого яростного огня. Потом они вспомнили, что они грабители, а не воины, и побежали… Что нам и требовалось – из разъезда получилась отличнейшая мышеловка.