И так просто ей не удастся от меня избавиться!
Я обязательно найду себе работу и смогу обеспечить себя и своего малыша в будущем. Образование есть и голова на плечах тоже!
Заведующая распиналась перед Миланой и доносила до нее, что ей во всем удалось разобраться. Валерия Сергеевна пыталась убедить Милану в том, что произошло недоразумение и я ни в чем не виновата. Вышло у нее или нет, мне было без разницы.
Я закончила с заявлением и дала его на подпись заведующей, а также лист бумаги для получения от нее рекомендаций.
— Ты держалась очень хорошо, — поддержала меня подруга, и я улыбнулась ей.
— Ты не сразу подошла. Что-то случилось?
— Мне позвонил отец. Он хотел узнать об успехах у Онура.
Я зажмурилась и мысленно поругала себя за невнимательность.
— Я совсем не спросила об Онуре и его состоянии. Прости меня, — обняла я Яну. Она погладила меня по спине.
— Врачи сказали, что у него улучшилась мозговая деятельность, а значит, появился шанс, что он очнется.
У Яны задрожал голос, а на глазах выступили слезы счастья. И я была рада за подругу. Она долго ждала пробуждения Онура и заслужила быть счастливой с ним.
— Давай я отвезу тебя домой?
Я кивнула ей. Яна села в машину, а я замерла, ведь мне на телефон поступил звонок моего адвоката.
— Алло, Павел Сергеевич?
— Олеся Павловна, я звоню сказать вам, что отказываюсь вести ваш бракоразводный процесс в суде. Прошу не звонить мне.
Глава 20
Олеся Кафарова
— Подождите.
Я растерянно дышала в трубку и пыталась понять, что мне говорит адвокат. Может быть, я что-то не так поняла? Ведь мы обо всем договорились, он уже практически начал работать с моими документами.
— Олеся Павловна, мне правда очень жаль. Я бы очень хотел вам помочь, но не могу. Вам придется найти другого адвоката.
— Но что случилось? Вы можете мне нормально объяснить?"
"Я была так рассержена, что боялась повысить голос, едва сдерживалась, чтобы не спустить на адвоката всех собак.
— Поверьте, от меня это решение не зависит, — мямлил он в трубку.
— А от кого оно зависит?
Кажется, я начинала понимать, в чем дело. Но продолжала ждать, что адвокат найдет в себе смелость озвучить реальную причину его отказа, но он продолжал уворачиваться от прямых ответов.