— И я предупреждаю тебя последний раз: не трогай Олесю! Я сам могу помочь ей управлять акциями.
— Девочка потеряла к тебе доверие, Вардан, кто ж ее осудит? — издевательски загоготал он. — И зачем мне создавать компанию и конкурировать с тобой, тогда как я могу приобрести еще немного акций и получить право решающего голоса?
— Так вот в чем твоя цель?
— А разве я ее скрывал? — протянул он с насмешкой. — Помнится, я хотел, чтобы ты женился на моей Яне, тогда бы мы просто слили капиталы и вели общий семейный бизнес, но в принципе меня устроил и твой брат в роли зятя.
— Еще раз повторяю тебе, чтобы ты не подбирался к делам моей компании, — рявкнул я на него, — ни через моего брата, ни через Яну, ни через Олесю. Теперь, когда Онур пришел в себя, Яна может спокойно передать ему акции, а своей жене я помогу сам.
Глаза Верховцева странно сверкнули, когда я упомянул пришедшего в себя брата, но он быстро скрыл свою реакцию и снова принял невозмутимый вид, не давая мне сосредоточиться на смутной догадке, которая появилась у меня в этот момент.
"— Ты живешь вчерашним днем, Вардан, — ухмылка озарила его лицо, — а я живу сегодня. Именно сейчас я уже контролирую акции Олеси, она, бедняжка, ничего не поняла на последнем собрании акционеров, но у нее есть право голоса.
Никак не успокоится, гнида, уже подсуетился, чтобы заставить Олесю подписать какие-то документы от лица держателя акций. Стоило представить, как он тянет к ней свои мерзкие руки, так меня всего перекорежило. Он готов на всё, чтобы прикарманить себе акции опосредованно через другого человека, так на что он пойдет, чтобы заполучить их целиком в свое пользование?
Если минуту назад я хотел выгнать его из кабинета, сейчас решил продолжить разговор, чтобы выяснить его намерения.
— Не надейся, что у тебя когда-то появится право решающего голоса. Для этого у тебя слишком мало акций.
— Акции можно приобрести, — пожал он плечами, — или наследовать.
От его слов мороз пополз по коже, нарастая инеем на сердце.