И не потому что ты хотела, чтобы я связала свою жизнь с порядочным человеком для создания крепкой семьи, а потому что вопрос был только в финансах, которые вы бы получили при заключении брака? Можешь не отвечать, по лицу твоему все вижу, – из меня вырывается смешок. – Какие у меня хорошие родители. Просто прелесть, а не мама.
– А ты уверена, что имеешь право называть меня мамой?"
"– А что, нет? Хотя, да, ты права. Мамой тебя можно назвать с натяжкой, – забавно, но я только сейчас поняла, что у меня не просто изменился голос.
– Ты зачем сюда пришла?
– Совесть съедала, что не интересуюсь судьбой родителей. Как думаешь, мне гореть в аду?
– Безусловно.
– Думаешь, там встретимся с тобой?
– Это вряд ли. Ты будешь пониже уровнем со своим сантехником.
– Ну все правильно, – как ни в чем не бывало произношу я. – Я буду на первом этаже с моим сантехником и нам будет проще всего выйти первыми оттуда, так как ближе к выходу. А вам долго придется выбираться с папой с последнего, – громко вздыхаю. Либо в меня вселился дьявол, либо во мне проснулась давно спящая… сука. – Ты когда-нибудь думала о том, что с пеленок отравляла мне жизнь? Что ты сделала для меня хорошего?
– Пошла вон отсюда.
– Обязательно. Аура была всегда здесь плохой. Кстати, о моем сантехнике, – ну гулять, так гулять. – У нас через месяц свадьба, приглашаю тебя, ну и если папу выпустят, то, конечно, вас вместе. Но при условии, что не будете буянить. Будем налаживать семейные отношения.
– Ты головой тронулась? – вот теперь, судя по лицу мамы, она конкретно возмущена.
– Ну разве что чуть-чуть. Любовь она такая. Как бы сказал мой Демьян, «шандарахнуло конкретно».
– Я смотрю, общение с сантехником не пошло тебе на пользу.
– Очень даже пошло. Я семь месяцев живу в оазисе. Делаю, что хочу, живу как хочу. Никто меня не унижает, не угрожает, не заставляет. Кстати, знаешь, в чем наша с тобой принципиальная разница? Я все же – неплохой человек.