Однажды я видел, как на фрегате рванула крюйт-камера, вышло похоже, но много сильней. Небо багровело и не гасло, на нем четко, будто прорисованные, виднелись ветки – облетевшие, перекрученные… Все стояли и ждали, не пытались ни бежать, ни кричать, ни проверять оружие, а с юга что-то надвигалось. Не пожар, потому что горело по-прежнему в одном месте. Проснулся я сразу и никак не мог поверить, что ничего не случилось, а потом как-то забыл.
3Тесть Стоунволла не сплоховал, да иначе и быть не могло – Томас никогда бы не предъявил уважаемому начальству хлипкую дрянь.
– Вы дружны с вашим тестем? – для порядка осведомился Лионель, возвращая драгуну красу грядущих войн. Стоунволл свел брови, совсем уж с лету он не отвечал никогда.
– Я глубоко уважаю господина Балраша, – сообщил он, – мы друг друга понимаем, но я не стремлюсь проводить с ним свободное время.
"– Оно у вас бывает? – слегка удивился Савиньяк. – Не подумал бы.
– Я, когда это возможно, использую положенный мне отпуск.
– А, вот вы о чем. Свободное время господина Балраша меня не занимает, в отличие от его мастерских. Стребуйте с него смету на изготовление пока что трех тысяч, хотелось бы опередить гаунау.
– Со всей ответственностью могу сказать, что мой тесть приложит все усилия, – заверил Стоунволл и неожиданно кашлянул.
– Больше вас не заденут, – прервал явно неприятную Томасу исповедь Лионель.
– Благодарю, монсеньор. Постоянно повторяемые намеки начинают многим казаться правдой.