Искать печать в снегу можно долго, искать печать в снегу можно очень долго, особенно если ее не теряли, но через полчаса Бруно отправится назад, а до Рейфера кентером десяти минут за глаза хватит. Там пять минут, и назад, то есть в ставку. В полчаса можно уложиться, ну а не выйдет… Наследника Фельсенбургов Бруно не расстреляет и даже не разжалует. И вообще нашел о чем беспокоиться, знамя ты армейское! Сейчас главное – Рейфер, если до него доберутся, никакие знамена не спасут.
Кесарский Лебедь, словно отвечая, изгибает серебряную шею, ординарец раздвигает занавес, втаскивает первый поднос, запах просто умопомрачительный.
Щелкнуть каблуками, откинуть занавеску, выйти. За спиной слышится «Приступим. Загадывайте желания, господа», а в адъютантской уже приступили.
2Свитские жевали и вполголоса – за занавеской начальство! – болтали и посмеивались, они, кроме разве что вирстеновских, откровенно радовались теплу и передышке.
– Господин полковник!
– Руперт, Мики; сейчас Руперт.
– Господин полковник… Разрешите! Вы должны знать… Я вами восхищаюсь, и не только я… Вся армия смотрит на вас, как… как на…
– Человека, у которого есть отличный палаш. – Армия смотрит, только вот брата Ореста больше нет. – Мики, я тебе признателен, но, право…
– Господин… То есть Руперт, если я смогу хоть когда-то хоть чем-то быть вам полезен, я… Я сделаю все, я даже приказ нарушу!
– Это излишне. Хотя… Отойдем-ка!
Они даже не отошли, отскочили к окну, давая дорогу разогнавшемуся порученцу фок Неффе.
– Вот ведь исполнительность, – подмигнул Руппи, и Мики ответил счастливой улыбкой. – Нам бы такую… Итак, ты готов нарушить приказ?
– Я… Я ведь это загадал! Когда?!
– Представь себе, прямо сейчас. Мне нужен Штурриш, он должен быть со своими за оврагом.