Смотрите за округой, пока парни работают. Остальные — давайте внутрь. Чем меньше мы торчим на улице, тем меньше рискуем.
Внутри было тепло и дымно. В дальнем конце комнаты потрескивал очаг, а возле него за стойкой стоял корчмарь. Вопреки расхожему стереотипу, он был худой, словно щепка. Патлатые чёрные волосы, глубоко запавшие серо-зелёные глаза, короткая, аккуратная борода и крючковатые руки с длинными тонкими пальцами. Он оторвался от конторской книги и окинул нас пристальным взглядом.
Парни не обратили на это никакого внимания, и тут же расселись за столы, принявшись оглядываться в поисках трактирных девок.
— Нам с парнями нужны койкоместа, — я опёрся на стойку, прямо напротив молчаливого трактирщика, — На неделю примерно. Сегодня заплатим за два дня вперёд, остальная сумма будет позже.
— Койкочто? — непонимающе уставился на меня корчмарь.
— Кровати, комнаты. И еда. Кстати, почему тут так пусто? — я огляделся по сторонам в поисках хоть кого-нибудь ещё. Но ни посетителей, ни трактирной прислуги нигде не было видно.
— Из-за зверя, — мрачно бросил корчмарь, — Служки и девки разбежались по домам, вернуться только поутру. А постояльцев у нас не было почитай с прошлой осени. Вы почитай, что первые. Кстати, кто вы такие и откуда?
— Наёмничья бригада «Мёртвая голова», — представился я, — Из Деммерворта прибыли.
— Ну, надо же, — судя по голосу трактирщика, он вообще не удивился, — Неужто, нашлась управа на ту бестию, что засела на тракте.
— Нашлась, — коротко ответил я, — Так что насчёт комнат и жратвы?
— Деньги вперёд, — все так же флегматично пожал плечами трактирщик. Я повернулся в зал, ища взглядом Бернарда. Сержант и Дельрин оккупировали стол чуть в стороне от всей остальной братии.
— Вот, — Освальд подошёл к нам и кинул на стойку кошелёк полный бронзовых и железных монет, — Тут должно хватить.
Корчмарь высыпал их, пробежался взглядом, сгрёб обратно в мешок и убрал под стойку.