– Слушаюсь, дон Валаччини.
Валаччини помахал вслед отъезжающей машине.
Как только Санни дал газ, в тот же миг он забыл о предостережениях босса. Он находился в приподнятом расположении духа.
Конечно, личный водитель при таком боссе, каким является Валаччини, это; всегда почетно, но теперь у него появилась возможность войти в совет организации. Он уже созрел для серьезных дел и давно ждал этого дня. Разве мог он, деревенский мальчишка из многодетной и бедной семьи, думать, что сможет сделать карьеру не у кого-нибудь,;а у всемогущего Валаччини! Санни уверенно давил на газ и мчался навстречу своему успеху.
Валаччини не отходил от стола. Санни должен был позвонить полчаса назад, однако звонка не было. И чем более длительным было ожидание, тем нестерпимее болела душа. А когда наконец телефон зазвонил, он не захотел поднять трубку.
– Марчелло, подойди к телефону, – попросил дон.
Марчелло взял трубку.
– Нет, это Марчелло… Говорите… Так… Понимаю… Я передам все это отцу… До свидания.
Марчелло, бледный как смерть, медленно повернулся к отцу. Тот смотрел на него не мигая. На мгновение Марчелло почувствовал оторопь. Может, и правду говорят, что отец знается с нечистой силой?
– Санни разбился, так ведь? – спросил дон Валаччини.
– Да, отец.
– Где это случилось?
– На сорок восьмом километре.
– Я так и знал! В этом месте слишком крутой поворот. Что там произошло?
– Полиция утверждает, что это несчастный случай.
– Нет, все не так! Это сделали те, кто убил Ванцетти и Гримальди. Сейчас они охотятся за мной. Санни женат?
– Нет, он холост.
– По-моему, у него мать и пятеро братьев. Я прав?
– Да. Средний брат под следствием по делу о хищении.
– Сделай все, чтобы властям не удалось упрятать его за решетку. Для матери потеря двоих сыновей – слишком большое горе. Потом, когда все утрясется, обязательно займись им.
– Я все понял, отец.
– Скажи, остался ли в живых хозяин пиццерии, где обедал Ванцетти?
– Да, он жив. С Ванцетти погибло двое телохранителей и официантка. Обычно с ним всегда обедал и хозяин, но до того, как прогремел взрыв, к нему кто-то пришел, и это его спасло.