Шторм

И я замерла, видя, как Штормов, войдя в квартиру, не сбавляя скорости, движется ко мне.

У меня даже пальцы поджались на ногах, как только я увидела обжигающий взгляд, в котором плескался не просто дикий шторм, а целое цунами.

Штормов стремительно подошел, подхватил меня под попу, не заботясь о том, что мои руки были перепачканы мукой и крошечными кусочками теста, заставил обхватить его бедра ногами и жадно впился в мой рот.

Божеее! Это просто преступление, иметь такой рот, плечи, все тело целиком!

А Дэн не сбавлял обороты.

Лишь усадил меня прямо попой на испачканный стол. Я уже не думала, что мне придется отмывать от муки всю кухню целиком. Это ведь мелочи! Совершенно пустое! Мне бы пережить вот такое приветствие в исполнении Шторма. Потому как мое глупое сердечко грозило выскочить из груди.

Денис прижал мое тело к столешнице, заставляя лечь, а сам навис сверху. Вот теперь я прямо таки восторгалась его высоким ростом и длиной своих ног. Ведь я могла легко обвить ими его талию и никуда не выпускать, а лишь крепче притягивать к себе.

И все нервные окончания на моем теле вдруг оголились. Я ощущала ту часть тела Штормова, которая упиралась в развилку меж моих бедер. Мне казалось, что мое тело пульсировало и буквально молило о нежной и откровенной ласке. Но Дэн лишь теснее прижался к моим бедрам. А ткань домашних шорт была слишком тонкой и позволяла мне в полной мере ощутить возбуждение моего мужчины.

– От кого цветы, Тоня? – прохрипел Денис, упираясь ладонью в стол чуть левее от моей головы.

А второй рукой он погладил мое бедро, пробираясь к границе шортиков.

Я вся затрепетала. В голове не держалось мыслей о каких-то цветах, их отправителе, о том, что я лежу на столе отцовского дома, испачканная мукой. Мне хотелось лишь ощутить руки Шторма на себе. И, что уж скрывать, но больше всего – в себе."

"– Я ведь сказала, что даже под пытками не раскрою этой тайны! – хрипло прошептала я, облизывая мгновенно пересохшие губы.

Взгляд Дениса сместился с моих глаз, на рот, а потом и скользнул ниже, к груди.

Я поняла, что ни тонкая ткань домашней майки, ни лифчик не способны скрыть моего возбуждения. Соски предательски торчали. А взгляд Дениса потемнел.

Боги! Когда-нибудь я непременно убью Штормова! Он своим телом убивает во мне всяческую скромность. Превращает меня из благовоспитанной девушки в нимфоманку, жадную до каждого прикосновения красивого мужчины.