— Я буду рядом! — пообещал и посмотрел на меня пылко!
Ага, вот она… Коронная фраза и тот самый взгляд — очень говорящий, мужской, с жаждой! Неужели это реально все подстроил Кирилл?! Мне стало так тоскливо, что захотелось плакать! Внезапно по стеклу кто-то ударил ладонью. Я вздрогнула и незаметно стерла слезы. Оказывается, нас догнал запыхавшийся ведущий и оператор с небольшой камерой на плече. Хлеба и зрелищ… Всем хотелось зрелищ!
— Что вы можете сказать о случившемся?! Василиса! — забарабанил по стеклу.
Настырный мужчина дернул дверь автомобиля, желая поговорить со мной.
— Шоу окончено.
Машина сорвалась с места.
— Василиса, ты только не молчи. Скажи что-нибудь? — попросил Крестовский. — Поговори со мной!
Поговорить? Что ему сказать? Его поведение говорило само за себя. Такие, как Крестовский, и маму родную продадут, чтобы получить очередную игрушку в свою коллекцию…
* * *Кирилл Крестовский
Василиса молчала. Я рулил. Куда ехал, еще не знал.
Я знал, что она винила себя, и знал, что обязан не дать ей погрузиться в это состояние самопожирания. Как-никак, это я надавил, настоял, чтобы она осталась… Всей подноготной не узнал с первого же момента лишь по собственной невнимательности. Паулина же прислала мне письмо о Василисе.
И что теперь… Черт, ну почему же она молчала, а?!
— Как ты?
Самый глупый вопрос. Но нужно с чего-то начать.
— Василиса, не молчи.
— Извините, я сейчас не хочу говорить. Просто хочу домой. Отвезете?
— Конечно.
— Хочу снять все это! Смыть тонну лака со своей головы и микрофон этот дурацкий в бок впивается!
Василиса начала стаскивать с остервенением аппаратуру, прикрепленную сзади на платье, содрала микрофон с проводками, спустила вниз стекло и выбросила.
— Все! — заявила она. — Оооо, это закончилось!
— Ты плачешь или смеешься?! — осторожно спросил я.
— Не знаю. Я рада, что все закончилось. Но до последнего момента в глубине души надеялась, что это не всплывет. Увы…
— Я прослежу, чтобы там лишнее не наболтали, — пообещал я.