Сперва беседа с Хэйлунваном, потом всеобщая служба благодарности Великому Отцу – и пора отправляться по делам. Понятно, что на поверхности уже вовсю ведутся поиски, скандал, репортёры, полиция… а он, кто бы что ни говорил, не гость с неба. Однако не поколеблется, если понадобится принести себя в жертву своему народу. Иначе… пройдёт всего десять лет, может, двадцать – и их племя навсегда канет в небытие. Все больны. Они умирают, некоторые – в ужасных мучениях. Тут уж, простите, не до животного страха.
По старой привычке зеленоглазый облизал тарелку после еды.
"Он встал и так же беззвучно попрощался – возможно, сейчас они видятся в последний раз. Собратья с трудом оторвались от еды и моргнули в ответ. Нравится пища, не нравится – аппетит у народа всегда хороший, не на что жаловаться. Покинув трапезную, человек с изумрудными глазами проплыл целый лабиринт коридоров, ориентируясь скорее на смекалку, нежели память. Стены побагровели, заросли целыми пучками бурых водорослей, мимо лениво скользили толстые рыбины, блестя чешуёй.
Зеленоглазый вплыл в келью без предупреждения – Хэйлунван не любил, когда стучали.
– Рад видеть тебя, собрат, – сказал старший, и глаза его тоже вспыхнули зелёным огнём.
Он боялся задать главный вопрос, но Хэйлунван чувствовал его мысли.
– ВСЁ ПОЛУЧИЛОСЬ, – произнёс старший. Слова отозвались в ушах гостя сладчайшей музыкой. – Мне самому страшно поверить… спустя столько тысяч лет, всё в порядке. Пожалуйста, не останавливайся на достигнутом. Я знаю, в последний раз ты не рассчитал свои возможности. И хотя я в потрясении, давай не станем это обсуждать.
– Они сами это сделали, – с усилием и неохотой произнёс гость. – Да, я, конечно, участвовал.