Там переписка посла с Комиссариатом иностранных дел, там указания и рекомендации, там отчеты и доклады, там аналитика по многим вопросам. К непредсказуемым последствиям может привести захват дипломатической переписки с посольством Японии, когда отношения висят буквально на волоске, когда союзник фашистской Германии милитаристская Япония того и гляди вступит в войну с Советским Союзом, когда еще не остыли горячие вопросы Халхин-Гола и Ханки.
Шелестов буквально ворвался в кабинет Гончаренко и, вытирая пот со лба, спешно потребовал:
– Давай подробности и последние новости!
– Исчезновению из эфира предшествовали грозовые помехи.
– Это я знаю, – кивнул Максим. – Дальше!
– Связь оборвалась примерно вот в этой точке, при условии, что самолет не менял курса и что его не сносило вихревыми потоками. Если предположить, что связь потеряна именно в момент крушения, то поиски надо начинать с западных склонов Ялыана. Если самолет просто сбился с курса и летел до последней капли горючего, то упал или попытался выполнить аварийную посадку он где-то километрах в шестидесяти от нас. Но разброс, сам понимаешь, может быть километров на сорок севернее или южнее.
"Гончаренко обвел на карте большой треугольник. Шелестов посмотрел на наручные часы. Самолет разбился примерно два часа назад. Авария или диверсия? А искать самолет придется в любом случае, даже если надежды нет никакой.
– Кто сопровождал почту?
– Сотрудник посольства, наш коллега. Если ты имеешь в виду подозрения, касающиеся его самого, то этим уже занимается Москва. Да-да, я обязан был незамедлительно сообщить о происшествии.
– Я пойду с поисковой партией, – не терпящим возражений тоном заявил Шелестов. – Сколько ты намерен сформировать групп?
– Завтра утром выйдут три отсюда. Сегодня, думаю, часа через два, будут готовы группы охотников с Белого Лога. Завтра к вечеру обещали починить и поднять в воздух два самолета У-2. Возможно, получится обе машины радиофицировать. Это все, что можно сделать сейчас.