Будто я был во всем виноват. Хотя я не меньше тебя страдал. А ты либо плакала и уходила в себя, либо занималась девочками. А я мужчина. У меня есть потребности.
- И она дала тебе то, что нужно? Какая банальщина!
- Да! Дала! – повышает он голос. - С ней я снова почувствовал себя живым. Почувствовал себя мужчиной, которого любят.
- А я по-твоему не люблю? – выплюнула я, смотря ему в глаза. – Так, может, и ты уже ничего не чувствуешь?
- Нет, - с шумом выдохнул он. – Я все еще люблю тебя…Но и ее я люблю.
- Что? – у меня глаза на лоб полезли от этого признания.
- Я люблю вас обеих. Я недавно это понял. Я не хочу терять тебя, - он вдруг нежно коснулся ладонью моего лица и я, словно под гипнозом, не смогла убрать ее. Я действительно увидела в его глазах чувства ко мне, но легче от этого не стало. – Ты - моя жена, моя опора, соратница, мать моих дочерей.
- А кто тогда она?
- Томирис родила мне сына. И да…она моя любимая женщина.
Ноги подкашиваются, шарю рукой в поисках кресла и медленно сажусь на него.
- Это бред! – поднимаю глаза на мужа. – И что ты предлагаешь? Ты же понимаешь, я такого не потерплю?
- Я предлагаю выстроить наши отношения так, чтобы всем было хорошо. Мы можем жить, как многие другие семьи…такого рода.
- Что прости? – щурюсь я, чувствую, как горлу подкатывает тошнота. – Ты мне предлагаешь быть «байбише»? Я должна подписаться на роль твоей старшей жены? Ты о девочках подумал? У них подростковый возраст, они очень уязвимы и, если они узнают о твоей измене, то их реакция может быть непредсказуемой. Ты готов к их ненависти?
Чувствую себя героиней мыльной оперы. В 90-е мы смотрели их с другой моей бабушкой. Та была попроще: жарила-парила, шила-вязала и обожала латиноамериканские сериалы. Помню, был один такой – «Богатые тоже плачут».
- Мы найдем, что им сказать, как объяснить. Я лишь хочу все выстроить, как цивилизованные люди. Сейчас многие наши друзья и люди нашего круга так живут. Аскар с Камилой, Ренат с Розой, да я могу перечислять и перечислять. Этим сейчас никого не удивишь.