Нападавший не кричал, не метался, не угрожал, распаляя себя и теряя тем самым секунды, он действовал хладнокровно и расчетливо – выкинул левую руку вперед, пытаясь ухватить Дину.
Но она снова сделала обманное движение, развернувшись вокруг своей оси, и внезапно для нападавшего оказалась у него за спиной и, не останавливаясь ни на полмгновения, кинулась к входной двери.
Он взревел от злобы, развернулся, потеряв на этом пару секунд, за которые Дина успела увеличить дистанцию между ними.
Но он был очень быстр, расчетлив, и его одержимость подогревала дикая, зверская злоба, придававшая ему сил.
В эту самую последнюю долю секунды время для Дины невероятно удлинилось. И в этом тягучем, растянутом времени она видела, как медленно-медленно открывается дверь, как мелькает чья-то тень, от которой отделяется вытянутая рука, ухватившая и дернувшая Дину, как бы продлевая ее движение дальше с такой силой, что, пролетев по инерции вперед, она начала заваливаться на пол у самой двери…
И что-то сместилось в пространстве и у нее в мозгу, время вернулось в свое обычное течение, и она увидела, как, не останавливая стремительного таранного движения своего тела, Гарандин резким взмахом отбивает летящую в него руку противника с зажатым в ней ножом и впечатывает в его подбородок свой коронный удар правым кулаком.
Со всей возможной дури и злости.
От мощи полученного удара противника подкинуло вверх, так что его ноги оторвало от пола, и он рухнул на спину, потеряв сознание.
Влад подскочил к нему, опустившись на одно колено, ухватил за лацкан фирменной куртки, притянул к себе и замахнулся для следующего удара.
– Нет! – остановила его Дина. – Не надо!
– Что?! – весь в пылу боя, со злостью, клокотавшей в нем, словно выплюнул он вопрос, ощетинившись, как волк, на пытавшегося отобрать у него добычу.
– Не надо! – быстро повторила Дина. – Если ты его изобьешь, в суде это могут трактовать как превышение обороны и скостить ему срок.
В этот момент в дверь влетел Гусаров и чуть не наступил на лежавшую Дину, лишь в последний момент успев заметить хозяйку и перепрыгнуть через нее. В то же время он умудрился за долю секунды оценить ситуацию в целом и даже услышать и понять, о чем говорит Дина.
– И то верно, Владислав Олегович, – спокойно заметил он, перескочив через Дину. – Тем более что ему уже до лампочки, оторвешься ты или нет, все равно ничего не почувствует. По ходу, приложил ты его знатно.