Придя домой, я переоделась, и сразу приняла таблетку противозачаточных. Они были грамотно упакованы с числами месяца, чтобы наверняка не пропустить день.
Роман больше мне не писал. Я тем более не собиралась как-то проявлять инициативу. Зато у меня состоялся длинный и тяжелый разговор с сестрой, который я всячески избегала со вчерашнего утра…
Конечно, я не стала рассказывать Жене про связь с тем, кто меня, по ее мнению, изнасиловал. Но насчет новой должности все выложила как есть. Разумеется, она негодовала.
Мы сошлись на том, что пока не будем поднимать эту тему, чтобы окончательно не рассориться.
После этого звонка, внутри осталась грусть. Ближе Жени ведь у меня никого не было, но из-за ее сложного характера, я не могла позволить себе быть с ней до конца откровенной.
На волне метаний, я поддалась импульсу и написала своей бывшей одногруппнице Ире Воронцовой. Ее малышу только исполнилось два годика, она вся была в быту и семье, так что я не особо надеялась на успешный контакт, но напрасно.
Я не решилась рассказать подруге что-то по телефону, однако при встрече не собиралась ничего скрывать. Уже не терпелось увидеться с ней… Я ложилась спать почти со спокойной душой, благодаря тому, что связалась с Ирой. Однако это не могло перекрыть все переживания.
Мне никогда не приходилось быть любовницей, еще и такого влиятельного человека, но что-то уже подсказывало – это будет не так просто, как я представляла.
«Доверься мне»
Утром я проснулась не в лучшем настроении. Долго отходила от дурного сна, связанного с мамой. Не сразу вспомнила, что именно видела, но чувствовала внутри стойкую тревогу. Лишь за завтраком начала мысленно выстраивать детали."
"Она сидела за столом в каком-то темном помещении.