Оборачивается ко мне, минуту смотрит, исследуя взглядом мое тело. Закрывает глаза, глубоко вдыхает, как будто пытается прийти в себя. Поправляет свои джинсы в районе ширинки. Подмигивает мне. Разворачивается, подходит к двери, берется за ручку, останавливается, оборачивается ко мне. – Утром, когда мы были в твоем кабинете, на тебе были чулки или колготки?
– Что? – не понимаю я.
– Это простой вопрос, Лиза. Чулки или колготки? – повторяет он. Ага, конечно, простой вопрос, для меня сейчас любой вопрос сложный.
– Чулки, – наконец отвечаю я, вспоминая, как надо говорить.
– Я так и знал, – произносит он с наглой улыбкой. Открывает дверь и уходит.
Я откидываю голову на спинку дивана. Зажмуриваю глаза. И этот его вопрос про чулки, которые были на мне утром, заставляет прийти в себя. На меня обрушивается осознание всего происходящего. Твою мать. Я знаю его один день. Даже не день, а несколько часов. Ну как знаю, скорее, вообще не знаю ничего о нем, кроме его имени, его жены и того, что у него есть ребёнок.
На меня накатывает чувство вины. Ужасное чувство, что изменила, предала. Даже в мыслях это звучит абсурдно. Нельзя изменить тому, кого больше нет. Но я ничего не могу с собой поделать. Чувствую себя мерзко и грязно, отдалась незнакомому мужчине прямо возле двери.
"Быстро соскакиваю с дивана. Натягиваю платье на плечи, поправляю низ. Пытаюсь разгладить его. Запускаю руку в волосы. Черт, где моя резинка? Ищу глазами возле дивана. Ее нигде нет. Пытаюсь пригладить волосы. Нахожу свою сумку, которая валяется возле двери. Быстро выхожу из кабинета. Надо найти Ксюшу. Бегу по коридору в ВИП-зону. Ищу глазами наш столик. Ее там нет. Черт, где она? Нахожу ее за соседним столиком с шумной компанией.
– Возьми трубку! – говорю я в телефон.
– Алло, – слышу ее пьяный голос и смех того парня.