Сумасшедший декабрь

Он редко здесь появляется, в основном всем занимается управляющая.

— Что-то случилось? — хмурюсь. Света пожимает плечами. Ладно. — Где он?

— В кабинете. Я сказала, что ты ненадолго вышла.

— Спасибо, что прикрыла.

Приходится поверх санитарной одежды надеть защитный костюм-каспер, закрывающий меня с ног до головы.

Иду в кабинет, стараясь не хромать. Волнуюсь. Павел Андреевич появляется в двух случаях: чтобы кого-то поощрить, либо наоборот — уволить.

Дверь в кабинет открыта. Прохожу и нахожу главу нашей сети попивающим кофе и что-то вещающим, размахивая руками.

Рядом с ним молодой и высокий парень. Брюнет лет двадцати пяти, не больше.

— Павел Андреевич, доброе утро, — натягиваю улыбку и расправляю спину.

— А это Кристина… — вопросительно смотрит на меня, вспоминая отчество.

— Можно просто Кристина, — обращаю внимание на парня, который нагло меня рассматривает, словно мы знакомы.

— Знакомьтесь, это Максим Демченко, ваш новый подчинённый. Молодой человек поступает в полное ваше распоряжение, Кристина.

Эксплуатируете, — представляет мне парня.

Еще раз пробегаю глазами по брюнету и ничего не понимаю. Высокий, широкоплечий, смазливый, холеный, в белой футболке, обтягивающей торс, с модным крестом на черной веревке и в дорогих часах. Нагло ухмыляется, рассматривая меня с ног до головы.

— Это практикант?

— Ну, можно и так сказать. Вам не нужны лишние руки? — начальник выгибает брови в недоумении.

— Конечно, нужны, я просто хочу понять, что он умеет в нашей сфере.

— Вот вы и научите.

Все, мне некогда. Максим, осваивайся. Передавай отцу, что буду рад видеть его на своем юбилее. Кристина, работайте, — распоряжается Павел Андреевич и уходит.

Немного теряюсь, не понимая, что происходит.

— Эм, значит, Максим… — пытаюсь сообразить, что делать со свалившимся помощником. Вообще не похоже, что парень нуждается в работе такого рода.

— А тебе идет это имя. Кристина, — говорит парень, сразу переходя на «ты». Ну вот не похож он ни на практиканта, ни уж тем более на кондитера. Нет, мужчины прекрасные повара, но только не этот экземпляр.

 — Как дочь? Не терялась больше? — вдруг спрашивает он. Да, вчера Элька увлеклась в супермаркете, и мы немного потерялись. Но откуда ему это знать? Растерянно смотрю на наглеца. — Твою дочь зовут Эля, у тебя в сумочке бордовая помада и тампоны, — ухмыляется гад, и я вспоминаю этого парня. Хам, который рассматривал мои тампоны и нагрубил мне. Но вчера он выглядел гораздо хуже.

— Максим, — включаю холодный тон.