– Что значит даже? – возмутился мой сын. А у меня началась мигрень. Показалось, что я попала в театр абсурда, выход из которого стоит бешеных денег. А это означает, не спрятаться не скрыться.
Гриша в один прыжок оказался возле Вовочки, я даже не успела пошевелиться. Ошалевший мужик ухватил моего сына за тонкую шейку и приставил к его острому плечику огромный шокер. Мне показалось, что я сейчас рехнусь от ужаса.
– Ну все,– прорычала Варечка, выпятив вперед челюсть. Сейчас она была просто копией своего биологического отца.
Показалось, что в и без того мрачной квартире померкли все краски. Гришаня взвыл и на секунду ослабил хватку. Вовику этой заминки хватило. Он вцепился зубами в запястье своего обидчика. Рев подонка можно бы было записывать для озвучки фильмов про спаривание диплодоков, ей-богу.
– Что это было? – простонала начавшая подавать признаки жизни Заюля.
– Я хотела сделать стиралку памяти, как в кино про инопланетяней,– пропыхтела моя дочура. – Но вышла какая – то космическая фигня. Вовку отмывать теперь придется керосином. Прости брат.
– Да ладно. Чего уж. Спасла меня. Ну ты Варька вообще. Нет такого слова, инопланетяней- пропищал восторженно Вовочка, рассматривая себя в уцелевший осколок зеркала. Я аж забыла умирать от ужаса. Грамотностью мой юный мальчик гений никогда не страдал.
– Не важно. Барабон, иди ко мне мальчик,– позвала Варюша. Белый крыс, словно из воздуха возникший, залез по ее ноге и нырнул под кофточку.
Господи. Я выдохнула. Слава богу, все в порядке. Языкового стресса не произошло. Посмотрела на корчащегося на полу от чего – то абсолютно синего Гришу, поборола желание пнуть его со всей силы по откляченной заднице.
– А теперь хиляем.
"Из подъезда мы выскочили со скоростью, летящей по кривой, пули. Зайку мотало из стороны в сторону после удара током. Я подгоняла детей, которые отчего – то едва волочили ноги. Да и меня, честно говоря, мутило страшно. Но уходить надо было срочно.