— Марино помял сигарету, постучал фильтром по пальцу. — Мы все проверили. Ханнел сказал правду. Дамочку он не трогал. Да и времени у него не было.
Я проследила за его взглядом и увидела темные пятна возле двери. Убийца наверняка перепачкался в крови. Таксист в окровавленной одежде вряд ли сел бы за руль и преспокойно вернулся в аэропорт за другим пассажиром.
— Дома она пробыла недолго. Приехала около девяти, а сосед позвонил в одиннадцать. К тому времени, по его словам, сигнализация работала уже полчаса, значит, убийца ушел около половины одиннадцатого.
"— Верно, — согласился Марино. — Вот тут и начинается самое непонятное. Судя по тем письмам, леди кого-то боялась. И вот она возвращается тайком в город, запирается в доме, даже кладет сдачу, три восемьдесят, на кухонный стол — я тебе потом покажу — и вдруг… Звонок в дверь или что? Так или иначе, она впускает этого психа в дом и переустанавливает сигнализацию. О чем это говорит? О том, что они были знакомы.
— Я бы не стала категорически исключать незнакомца.
— В такой-то час? — Лейтенант с сомнением покачал головой. — С какой стати? Что он мог предложить? Подписку на журнал? Шоколадный батончик? В десять часов вечера?
Я не ответила. Потому что не знала, что ответить.
Мы остановились у двери, ведущей в холл.
— Это первая кровь, — сказал Марино, указывая взглядом на засохшие пятна на стене. — Здесь он ее ударил. Она побежала, он за ней.
Я представила раны на лице и руках Берилл.
— Думаю, порезал ей левую руку, или лицо, или спину. Кровь на стене — капли с лезвия. Он замахнулся для второго удара, а капли с лезвия полетели на стену.
Пятна были эллиптической формы, около шести миллиметров в диаметре, и все более удлинялись по мере удаления от двери. Растянулись они никак не меньше чем на десять футов. Нападавший размахивал орудием убийства, как теннисист ракеткой. Какое чувство руководило им? Не злость, в этом я уже не сомневаюсь.
Почему она его впустила?
— Судя по расположению пятен, он был здесь. — Марино отошел на несколько ярдов и остановился слева от двери. — Бьет ее еще раз, ранит, нож продолжает движение, и капли летят на стену. Следы, как видишь, начинаются отсюда. — Лейтенант указал на верхние пятна, находящиеся почти на высоте головы. Заканчивался кровавый пунктир в нескольких дюймах от пола. Марино с вызовом посмотрел на меня.