Тяжелые шаги проследовали через гостиную и затихли в конце коридора. Я встала и, поправив одежду и волосы, пошла к кабинету Данте. Дверь как всегда была закрыта. Я постучала и вошла.
Данте сидел за столом с выражением лица грознее тучи. Я прислонилась к двери. Он поднял на меня глаза, но ничего не сказал.
— Что случилось? Проблемы с русскими? — Я не произнесла имя Фрэнка, не желая напоминать Данте о своей ошибке.
Данте откинулся на спинку стула и покачал головой.
— Нет, на этот раз проблема не в русских, — холодно ответил он.
Я нахмурилась.
— Что ты имеешь в виду? Один из твоих людей тебя предал?
— Похоже, свадьбы не будет.
— Ты имеешь в виду между Джианной и Маттео? Почему? Они опять поругались?
— Ссора не помешала бы Маттео сделать девочку Скудери своей женой. Он одержим ею. Нет, девушка убежала.
Я вошла в комнату и присела на край стола, ошарашенная новостью.
— Джианна убежала из дома? Но как ей удалось сбежать от своих телохранителей? — Сомневаюсь, что Скудери мог выпустить ее из поля зрения хоть на секунду.
— У меня была встреча с Рокко, но я еще не знаю всех подробностей.
— Нью-Йорк этому не обрадуется. Думаешь, это приведет к новой войне с ними? — Губы Данте скривились в саркастической усмешке.
— Я в этом сомневаюсь. Джианна сбежала, когда навещала свою сестру Арию, так что в этом больше вина Витиелло, чем наша.
— Тогда это на их совести. Как это может быть нашей ошибкой, если она находилась на их территории?
— Люди будут говорить, что Скудери неправильно воспитал своих девочек.
— Да это просто смешно. Джианна всегда была неуправляема. Ее брат и сестры прекрасно себя ведут, поэтому никто не может обвинить Скудери или тебя.
Я вспомнила, что Джианна говорила о побеге, когда мы разговаривали с ней. Должна ли я была отнестись к этому более серьезно? Я думала, что она просто выпускала пар.
— Я не так уверен. И кто сказал, что Ария не помогла сестре сбежать?
Я округлила глаза.
— Но Джианна должна выйти замуж за зятя Арии. Ария предала бы своего мужа, если бы помогла сестре сбежать."
"Данте кивнул, эта холодная улыбка все еще держалась на его лице.