Господи, она это делает… И что? Парень не заслужил её благодарности? Тем более чего греха таить, день выдался насыщенным.
Поцелуй длился недолго, Иван прервал его первым.
– Мне надо присесть.
– Черт… Конечно…
И лишь когда Иван опустился на валун, достал из кармана небольшой на вид пальчиковый фонарик и направил луч на ногу, Слава увидела, как темная струйка крови вытекает из-под штанины.
Слава зажала рот рукой и присела на корточки.
– И ты молчал? – укоризненно бросила девушка. Она умела оказывать первую медицинскую помочь.
Коваль ничего не ответил, задрал штанину. К горлу Славы подкатила легкая тошнота, но Слава постаралась сохранить спокойствие. Если бы не видела бы собственными глазами рану Ивана и то, как легко и непринужденно он спускался по тропе с горы, ни за что не соотнесла бы одно с другим.
Тем временем Иван достал из кармана ещё что-то, напоминающее фонарик.
– Отвернись, Слав.
– Зачем?
– Поверь, тебе лучше отвернуться.
Спорить девушка не стала, и сразу же в воздухе появился запах паленой кожи.
Иван знает, что делает…
– Всё, Веснушка, готово. – Слава обернулась. Мужчина выглядел бледнее обычного.
– Я даже спрашивать не буду, откуда у тебя подобные технологии и что ты делал.
– Вот и не спрашивай, – взгляд цвета стали впился в её лицо и не отпускал. Сердцебиение у Славы участилось. Её точно гипнотизировали. Она качнулась вперед и едва не упала прямо на колени мужчины. Тот вовремя поймал её.
– Ничего страшного. Главное все живы. И ты… – она шумно сглотнула воздух, застрявший в горле. – Цел.
– За меня не волнуйся. Я быстро оклемаюсь.
– Спасибо тебе, Ваня, ещё раз…"
"– Я, конечно, тут могу вставить реплику о том, что, мол, теперь ты знаешь, военные предназначены не только для того, чтобы убивать, но не буду. И, кстати, ещё такой момент. Мне, как герою – а я же герой, да, Веснушка? – полагается вознаграждение. Я хочу, чтобы ты со мной поужинала.
Слава улыбнулась. Искренне и открыто.
Слова были лишними.
Глава 18
Ужин – часть ухаживаний.
Это первое.
Второе. Ужин ни к чему не обязывает.
Его можно даже за свидание не считать.
Или всё-таки считается?
Слава прижала руки к горящим щекам. Если не успокоится, придется заново краситься, а она и так перед зеркалом уже крутится битых два часа.
Сначала Слава оделась, как полагалось приличной двадцатилетней девушке из не менее приличной семьи.