— Она хотела взять его за руку. Вместо этого она сказала: — Ты… не присоединишься ко мне в саду? Я собиралась погулять среди роз, пока не рассвело.
Он замешкался, но потом качнул головой.
— Я не могу. Прости.
— Конечно. — Она наклонилась, чтобы избежать его взгляда. — Ваша Светлость.
— Будь осторожна.
— Я буду. — Собрав мантию, она быстро подошла к лестнице, по которой он только что поднялся.
— Кормия?
— Да?
Когда девушка посмотрела через плечо, Фьюри пристально взглянул на нее.
Но потом он едва заметно покачал головой.
— Ничего. Просто соблюдай осторожность.
Когда Кормия спустилась по лестнице, Фьюри направился в коридор со статуями, и посмотрел в первое же окно на задние сады.
Прогулка среди роз с ней — очень плохая идея. Сейчас он был морально пуст, словно с него содрали кожу. Каждый раз, закрывая глаза, он видел тела в коридоре клиники, перепуганные лица в медкабинете и храбрость тех, кто вовсе не должен был сражаться за свои жизни.
Если бы он не помог Бэлле подняться по лестнице, а потом не отправился за Зейдистом, вероятно, те гражданские не были бы спасены. Он был чертовски уверен, что никто бы не позвал его, потому что он не числился в Братстве.
А внизу Кормия выпорхнула на террасу, ее белая мантия мерцала на фоне темно серого камня. Подойдя к розам, она наклонилась, приблизив лицо к цветкам.
Его мысли обратились с ужасов войны к красоте женских форм.
И тому, что мужчина делал с женщиной под атласными простынями.
Да, радикальный запрет на пребывание рядом с ней в эту секунду пришелся кстати. Он хотел заменить воспоминания о смерти и страданиях этой ночи чем-то другим, живым, теплым, действовать, а не рассуждать.
Но… она больше не была его Первой Супругой, не так ли?
Дерьмо.
В голове раздался голос Колдуна. Скажи честно, в отношении нее ты бы смог повести себя правильно? Сделать ее счастливой? Обеспечить ее безопасность? Ты проводишь добрых двенадцать часов в сутки в обнимку с самокруткой.