Священный любовник

— Я могу остановиться, — сказал он, сомневаясь. — Прямо сейчас…

— Нет. — Она схватила его за плечи, удерживая на месте. Она не знала, что произойдет дальше, но что бы там ни было, она нуждалась в этом.

Его губы прошествовали вверх по ее шее, потом задержались на подбородке. Когда он прижался своим ртом к ее губам, легкое, словно перышко, прикосновение миновало мантию… направляясь к груди Кормии.

Когда девушка выгнулась, ее сосок уперся прямо в ладонь Фьюри, и они оба застонали.

— О, Господи… — Праймэйл немного отодвинулся и аккуратно, благоговейно откинул полу мантии с девичьей груди.

 — Кормия… — Его глубокий, одобрительный тон словно едва ощутимая ласка прошелся по ее телу.

— Можно я поцелую тебя здесь? — простонал Фьюри, лаская сосок. — Пожалуйста.

— Пресвятая Дева, да…

Он наклонил голову и накрыл сосок губами, теплыми и влажными, нежно посасывая его.

Кормия запрокинула голову и скользнула руками в его волосы, раздвигая ноги без причины и по всем причинам одновременно. Она хотела его у своего естества, любым способом…

— Господин?

Почтительный голос донесся с дальнего конца кинотеатра, привлекая их внимание.

Праймэйл мгновенно выпрямился и прикрыл Кормию, хотя кресло и так закрывало дворецкому весь обзор.

— Что, черт возьми? — спросил Фьюри.

— Прошу прощения, но прибыла Избранная Амалия вместе с Избранной Селеной, дабы встретиться с вами.

Ледяная волна пронзила Кормию, замораживая жар и желание в ее крови. Ее сестра. Здесь, чтобы увидеться с ним. Потрясающе.

Праймэйл поднялся на ноги, произнося ужасное обещание, которое эхом отдалось в голове Кормии.

Махнув рукой, он сказал Фритцу:

— Я буду через пять минут.

— Да, господин.

Когда доджен ушел, Фьюри покачал головой.

— Мне жаль…

— Иди, делай, что должен. — Когда он замешкался, Кормия повторила. — Ступай. Я хочу побыть наедине.

— Мы можем поговорить позже.

Нет, не можем, подумала она. Разговор ничего не решит.

— Просто ступай, — сказала она, заглушая все его слова.

Снова оставшись в одиночестве, Кормия смотрела на застывшую сцену из фильма, пока все внезапно не сменилось черным экраном, тут и там замелькала надпись «Сони».

Ей было плохо, изнутри и снаружи. Помимо боли в груди, ее тело изнывало от голода, будто недоставало еды или вена была не закрыта.

Но, она нуждалась не в пище.

То, чего ей не хватало, только что вышло за дверь.

Направляясь в объятия ее сестры.

Глава 25"

"На севере штата, в Адирондак, заря уже занималась над горой Седдлбек.