Священный любовник

Когда рейд закончился, он удрал, как крыса, сгорбившись, опьянев от счастья только что выигранной лотереи так, что забил на двух настоящих убийц, что стояли у на его пути.

Без сомнений, лессер дал ему уйти только для того, чтобы очистить территорию и начать уже настоящую драку.

Фьюри позволил человеку уйти, потому что у него возникло чувство, что он увидел свое отражение.

Степень радости на лице наркомана была крышесносной. Парень явно сел на скоростной поезд прямиком к бесконечному кутежу, и тот факт, что дозы достались ему бесплатно, был лишь малой частью праздника.

Настоящий экстаз он испытывал от количества имеющейся у него дури.

Фьюри был знаком с этим практически оргазмическим ощущением счастья. Он испытывал подобное каждый раз, когда запирался в своей спальне с огромным мешком красного дыма и новенькой упаковкой сигаретной бумаги.

Он… завидовал. Он так…

Стальная цепь захлестнула горло и обмоталась вокруг шеи, металлическая змея обняла его своим чертовски сильным хвостом. Лессер дернул цепь на себя, звенья вонзились в кожу и отрубили все: дыхание, кровообращение, голос.

Фьюри почувствовал, как центр тяжести сместился c бедер на плечи, он начал падать, выбросив руки вперед, чтобы не впечататься лицом в тротуар. Когда он приземлился на четвереньки, перед его глазами мелькнуло яркое зрелище: торговец наркотиками, булькающий как кофейник в десяти футах от него.

Дилер протянул вперед руку, его кровавые губы медленно двигались:

— Помогите мне… помогите мне…

Лессер заехал Фьюри ботинком по голове, как по футбольному мячу.

От этого пробивающего удара мир завертелся перед глазами Фьюри, а его тело закрутилось по земле как волчок. В итоге он растянулся возле наркоторговца — тело умирающего человека притормозило его вращение.

Фьюри моргнул и пытался поймать ртом воздух. Прямо над ним, свечение города затмевало свет звезд на небе, не трогая при этом те звезды, что кругами мелькали у него перед глазами.

Он слышал звук затрудненного дыхания рядом, и на долю секунды перевел свои затуманенные глаза в сторону: наркоторговец уже здоровался со Старухой с косой, последний вдох вырвался из второго рта, зияющего у него на горле.

Парень вонял крэком, как если бы был покупателем зелья, а не продавцом.

Вот он, мой мир, подумал Фьюри. Этот мир целлофановых мешочков и пачек денежных купюр, мир, в котором потребление дозы, или забота о том, где достать следующую, занимает больше времени, чем даже миссия Братства.