Только приди и возьми! Выдворив очередную группу искателей приключений, маги сочли, что легче всего укрыть тварь там, где ее никто не будет искать. Над темницей построили нашу академию, и с тех пор все труднообъяснимые явления: изменения в погоде, молнии средь белого дня или небольшие огненные смерчи, — списывались на адептов. Со временем башня разрушилась, и теперь почти никто не помнил, что здесь когда-то было.
В наши же дни место казалось спокойным. Ускакавший вперед Гизмо радостно махал руками, призывая нас поторопиться.
— Держись за мной, — велела я Элле и осторожно пошла вперед.
Трав и мха нужно было немного, но если ветреница дубравная, в просторечии анемона, росла повсюду, то ятрышник только здесь. Как и снежные шарики — хрупкие кустики, усыпанные крошечными, невероятно горькими на вкус голубоватыми ягодками. Приживались они в местах с хорошим магическим фоном, так что если где-то поблизости и можно было найти такое чудо, то исключительно в окрестностях Руин.
Пока я осторожно рвала тонкие стебли, а Элла аккуратно упаковывала их в холщовые мешочки, Гизмо крутился рядом, очарованный незнакомыми цветами. Выросший в подземелье имп еще никогда не видел такого разнообразия зелени вживую, поэтому торопился все рассмотреть, пощупать, а то и собрать букетик на память. Особенно его очаровала ветреница, чьи хрупкие белые цветы покачивались от малейшего дуновения.
— Целую скатерть вышью! — неожиданно пообещал имп, усевшись перед кустиком и сложив лапки на коленях. — Дэни, а можно…
— Можно, — отмахнулась я.
После плаща для Веньи Дормидонтовны Гизмо осчастливил раздаточные пни. Всем фамильярам через отдел снабжения презентовали расшитые салфетки.
Закончив с травами, я огляделась в поисках снежных шариков. Ткнулась под одно дерево, под второе и, поманив Эллу за собой, обошла Руины по кругу.