Я недоуменно нахмурилась. Может, это Костя? Но ни разу за все прошедшие дни я не слышала, чтобы он звонил в дверь. Значит, ключи у него были. Может, он их просто забыл?..
Поднявшись с постели, я добрела до двери, заглянула в глазок…
Открывать не хотелось. Но не открыть причин не было.
На пороге стояла свекровь собственной персоной.
Безо всяких предисловий, даже не заходя внутрь, она с грубой решительностью заявила:
– Ты должна перестать мучить моего мальчика!
Глава 47
Я смотрела на нее, ощущая, как среди пустоты, казавшейся незыблемой и безжизненной, начинают закипать обида и злость.
По какому праву она так со мной говорила? С какой стати прямо с порога выливала на меня свои странные, мягко говоря, претензии?
– Проходите, – проговорила я ледяным тоном, который не допускал никаких возражений.
Она растерянно похлопала глазами, явно не ожидая такого приема, но все же, гордо задрав нос, прошествовала внутрь квартиры.
Ее взгляд пробежался по обстановке, придирчиво останавливаясь на каждой детали…
– Посмотри, какая чистота! – заявила она, жестом обводя прихожую.
Она, кажется, переходила все границы. Но и я сдерживаться отнюдь не собиралась.
– Не несите чушь, – отрезала решительным, но ровным тоном. – Вы у нас практически и не бывали, чтобы такое говорить.
Она приоткрыла рот, возмущенная и оскорбленная моим ответом. Но, на удивление, спорить дальше не стала. А может, ей попросту нечего было возразить.
Провозгласила лишь:
– В любом случае, я пришла тебе сказать, что не позволю и дальше использовать моего сына. Он тебе ничего не должен!
Я сложила на груди руки, терпеливо слушая весь этот бред.
Ответила хлестко и язвительно:
– Мне, может, и не должен. А вот своим детям – да. Или кто, по-вашему, должен за ними присматривать, пока я со сломанной рукой? Сосед?
Я усмехнулась, окатила ее презрительным взглядом, которого не позволила бы себе прежде, и добавила:
– Мы детей с вашим Лешенькой, вообще-то, зачали вместе, я их не из капусты взяла.
Она стояла, хватая ртом воздух, и пыталась выдавить из себя что-то в ответ, но вместо слов выходили лишь задушенные звуки.