Мужчина не моей мечты

— Никогда не слышал об этом… Ластоне.

— Неужели? — Я недоверчиво округлила глаза. — «Прыгнуть в пропасть» самый популярный роман сезона. Лиара, бедная, но гордая аристократка, спасая от нищеты родителей и семерых сестер… — Саллер издал какой-то невнятный звук, и я на секунду замялась. Что, переборщила с количеством горемычных родственников? Ну извините. Зато подвиг «бедной, но гордой» величественней кажется. — Так вот, она пожертвовала собой и вышла замуж за военачальника — баловня судьбы и любимца короля.

— Баловня и любимца? Да, вы правы, жертва поистине огромна, — пробормотал герцог, но я сделала вид, что не поняла его язвительного комментария.

— Мерзкий барон Андлио, намереваясь опозорить бедняжку в глазах мужа, подбросил ей свой платок… Представляете, какой негодяй?

Боже, что я несу?

— И зачем же «мерзкому барону» это понадобилось? — неожиданно заинтересовался собеседник.

— О, тут все просто. Он завидовал военачальнику и собирался разрушить счастье молодоженов, ведь Лиара уже успела привязаться к супругу.

Это сначала он был ей неприятен, а потом она оценила его… хм… мужественность, силу, беззаветную преданность трону. А потом его ранили и… В общем, она его за муки полюбила, а он ее — за состраданье к ним. — Саллер скептически хмыкнул, а я, словно не замечая его реакции, вдохновенно закатила глаза. — Так трогательно! Я не успела дочитать дома, а так хочется узнать, чем все закончилось. Удалось ли Андлио осуществить свой коварный замысел? Вот и решила поискать…

— Вы ошиблись, графиня, — сухо перебил герцог.

 — В моей библиотеке нет ни одного женского романа.

Кто бы сомневался?

— Я уже и сама это поняла. — Передернула плечами. — Жаль, конечно, но зато я нашла кое-что другое.

Перевела взгляд на «Легенды и сказания» и, бережно придерживая их одной рукой, очертила пальцем контуры рисунка.

— Красиво! — выдохнула почти беззвучно. Но мужчина все-таки услышал.

— Да… Я очень любил эту книгу в детстве. — Голос его смягчился. — Смотрите.

Чужая ладонь неожиданно накрыла мою и потянула вверх, приподнимая. Несколько слов на незнакомом языке, легкий перезвон колокольчиков, золотистый отблеск, пробежавший по странице, — и я охнула, едва не выронив тяжелый том. Иллюстрация ожила — обрела объем, дрогнула, задышала…"

"В лучах заходящего солнца сияла холодная гладь реки, и в ней мелькали серебряные спины рыб. Качались деревья — казалось, еще чуть-чуть, и я уловлю шепот гуляющего в их кронах ветра.