Конрад, изогнув шею, проследил за движением ассистентки, и в его глазах вспыхнул интерес. Как только дверь хлопнула, я ястребиным взглядом взглянула в синие глаза брата.
– Что? Чем именно ты недовольна в этот раз? Я надеялся, что свою порцию сестринского гнева на сегодня уже получил.
Он подхватил две чашки кофе и поставил одну передо мной.
– Даже и не думай, – предостерегающе начала я.
– О чем ты?
– Я надеялась избежать этого разговора, но ты вынуждаешь меня.
Конрад сел в кресло напротив моего стола, сделал глоток кофе и пожал плечами, словно понятия не имел, к чему я веду.
– Я все еще не понимаю, – сказал он, покачивая мыском ботинка.
Он играл со мной.
– Ты знаешь, не смей приближаться к моим сотрудникам, – пригрозила я ему пальцем.
Конрад засмеялся. Однако мне совсем не было смешно.
– Я серьезно, ассистентку не трахать!
– Ты забываешь, что я твой босс, Джо-джо. А даже если бы это было не так, мама передала каждому из нас равное количество акций. Лина такая же твоя сотрудница, как и моя.
От его самоуверенного тона меня передернуло.
– Что такого? – в напускной задумчивости я приложила палец к губам, затем придвинувшись ближе к столу и сложив руки в замок перед собой продолжила:
– Дай подумать, Лина лишится работы и возможности реализоваться, но это в лучшем случае, ведь тебе плевать на нее.
– Так себе перспектива.
– Вот и прекрасно! А теперь давай ты дашь мне спокойно выпить свой кофе.
Через пару недель будет год, как я работаю в отеле управляющей. Когда–то я рассчитывала занять место в правлении, наравне с Конрадом. Но отцу никогда не нравилась эта идея. Он видел меня незрелой, глупой, маленькой девочкой, и говорил, что я не должна лезть в дела взрослых.
Конрад всегда был любимчиком в семье. После развода родителей мне пришлось довольствоваться теми крохами внимания, которыми отец одаривал меня: одна встреча и пара телефонных разговоров в год. Брат в свое время получил все и сразу, отец доверял ему, хотя это было совсем не взаимно.
Родительская любовь самая страшная вещь на свете: она может вознести к небесам или уничтожить полностью, оставив после себя лишь выжженную землю.