– Я думала, поделился.
– Ты о чем?
– Мы давно не вместе. В смысле, не сегодня расстались. Неделю назад еще.
– Почему?
– Да так… надоело нам, в общем.
Я почти правду брату говорю. Мы попробовали, не вышло, наигрались, пора расходиться. В конце концов, Глеб мне не обещал ничего.
– Ты поэтому сегодня зареванная пришла?
– Я такая пришла, потому что поняла, что дружок твой – бабник. Но, впрочем, неважно. Я всегда это знала.
– Он тебя обидел? – Боря подходит ко мне, хватает за руку, разворачивает к себе. – Обидел, Алин?
Вот и что ему сказать? Мотаю головой и, выбравшись из захвата, продолжаю разбирать чемодан.
Боря из комнаты не уходит. Стоит, за мной наблюдает. Раздражает, если честно. Сейчас я бы предпочла побыть одна. Без внимания с его стороны, но я молчу, конечно же. Итак было неудобно возвращаться после того скандала, который я закатила отчиму. Не сомневаюсь, что мама брату уже рассказала, если он с ней разговаривал.
– Расскажешь, что у вас здесь происходило, пока меня не было?
– Ничего особенного. Отчим приезжал и мама.
– Это я знаю. Они у меня были.
– Их к тебе пропустили? – удивляюсь."
"– Один раз. Больше нет. Отчим сказал, палец о палец не ударит, а мама его поддержала.
– Хорошая позиция, – киваю. – Со мной было не лучше.
Пока раскладываю вещи, рассказываю брату о случившемся. Он не удивляется, видимо, понял уже, что родители у нас немного странные. А меня это сильно удивляет. Боре они всегда помогали и поддерживали, несмотря на его косяки.
– Я сам такое отношение заслужил, – говорит Боря. – Но вот ты – нет.
– И ты не заслужил. Оступиться каждый может.
– Это срок, Аля. Не проступок.
С одной стороны я с ним согласна, но с другой, разве родители не должны поддерживать своих детей даже в самые трудные моменты?
– Я многое там переосмыслил, – утверждает брат. – Я такой фигней занимался, Аля. Еще и употреблял.
Боря садится на кровать, руки в волосы запускает.
– Что теперь будет? – спрашиваю. – Родители совсем не помогут?
– Вряд ли. Пока меня под залог отпустили, но суд я вряд ли выиграю, хотя Глеб мне неплохого адвоката нашел.
При упоминании Глеба я хмурюсь. И отворачиваюсь, чтобы брат не увидел слезы, что подступают к глазам.
Господи, да о чем я вообще думала? Неужели и правда рассчитывала на то, что у нас могут быть отношения? Это смешно! Он птица вольная, свободная.