– Если сейчас вы пойдете направо, потом через дорогу и прямо до ворот, через парк, потом повернете еще раз направо, потом спуститесь вниз…
– Спасибо, я понял, – с опаской сказал Алексей. – А сколько по времени это займет?
– Ну, с полчаса.
– Это если не заблужусь, – тяжело вздохнул он. – А через парк идти долго?
Было у Леонидова подозрение, что парк этот – историческое кладбище, про которое упоминала Скворцова, и ночью идти через него не хотелось даже под страхом голодной смерти.
– Минут двадцать.
– Понятно.
– В номере есть мини-бар, но он платный.
– Переживу. Лишь бы не перепутать право и лево в темноте и не угодить вместо центра в спальный район, где уж точно не накормят. И не нарваться в вашем парке на хулиганов.
– Что вы! У нас спокойно.
«Ага. А человек пропал. Может, тоже по кладбищу ночью гулял и встретил привидение знаменитого декабриста, которое сказало Скворцову: «Сними со счета полмиллиона». Иначе как мистикой поведение Руслана Семеновича не объяснить. Подчистил два банкомата! Из обоих снял по пачке пятитысячных».
– Надеюсь, вы учли мои пожелания насчет номера? – спросил Алексей, принимая у девушки карту-ключ.
– Да. Но зачем вам непременно в триста третий? – вырвалось у нее.
Леонидов сразу насторожился и спросил:
– А что не так с этим номером?
– Да заколдованный он какой-то. Вечно там все ломается. А как-то оттуда вообще человек пропал. Мы и не селим туда никого. Ну, редко. Не любим мы триста третий.
«Человек – это Скворцов? Или у них кто-то еще пропадал из триста третьего? Надо будет уточнить».
Но девушка зевнула, явно давая понять, что к разговору сейчас не расположена. А разговорить ее было крайне необходимо, чтобы узнать, сколько она работает в этом отеле и не при ней ли пропал Руслан Семенович Скворцов.
Алексей решил начать с обследования загадочного номера. Замок открылся сразу, и на вид все было цело, когда новый постоялец триста третьего щелкнул выключателем.
Номер был небольшой и похож на деревянный школьный пенал, какой был у Алексея в детстве.
Кровать была двуспальная и довольно удобная. У того окна, что справа, стоял потертый диванчик, на который Леонидов пристроил свой дорожный чемодан. Потом подергал окно за шпингалет, пробуя на прочность.